Она вздрогнула и вырвала свою руку из моей.

— Никаких вопросов. — Ее голова медленно раскачивалась туда-сюда. — Никаких вопросов, — повторила она, и на какой-то миг ее глаза сфокусировались на мне. — Я помню вас, человек со странной работой.

— Отлично! Скажите, пожалуйста, где найти Клайда? Ее голова продолжала работу маятника.

— Никаких вопросов, — сказала она безразличным тоном. — Все остальное — пожалуйста. — Посмотрев на меня в упор, Чарити заявила — Все, что хотите. Что вы хотите, Дании Бойд?

Она рывком сорвала с себя свитер. Моя наблюдательность не подвела — лифчика на ней не было, а грудки оказались восхитительными.

— Все, что хотите, — зачастила девушка. — Вы хотите меня, Дании Бойд? Я не буду возражать. Только не задавайте вопросов. Понятно? Все, что угодно, но не задавайте вопросов.

Случается, на моем лице царит глупое выражение. Но на этот раз оно было наиглупейшим.

— Извиняюсь, — сказала она, очевидно, истолковав это по-своему, — мне, конечно, надлежит снять с себя все.

Расстегнув брюки, девушка скинула их и осталась в узеньких голубых трусиках. Я прочистил горло.

— Послушайте!..

— Понимаю, — кивнула она, — мне и это снять? Или вы предпочитаете сами? Как вам нравится, Дании Бойд? Все, что пожелаете!

Ничего другого не оставалось, я ударил ее по лицу, чтобы прекратить эту комедию. Она заплакала. Дав ей немного поплакать, я опять спросил:

— Так где же Вернон?

Чарити начало трясти, она пыталась что-то произнести, ее горло спазматически дергалось, не давая выхода звуку. Наконец, с большим усилием овладев своими движениями, она кивнула на, спальню.

— Черт возьми! Вы не могли сказать этого сразу?

Качая головой она молчала. До меня стало доходить, что задавать вопросы бессмысленно. Одеться она и не подумала, продолжая раскачиваться из стороны в сторону с отсутствующим взглядом.

Я повернул ручку, дверь легко подалась, и я вошел в спальню. Кошмар в стиле Достоевского был хорошо освещен верхним светом. Я никогда не видел так много крови, даже не подозревал, что ее столько в человеке. Усиливало жуткое зрелище то, что вся комната была выдержана в светлых тонах: потолок цвета слоновой кости, белые стены, пол застелен белыми овечьими шкурами. Даже кровать — из белого дерева, правда, покрыта шелковыми черными простынями. Высокие зеркала окружали постель так, что лежащий на ней находился как бы в окружении четырех своих двойников.

Кровь была всюду: на стене под открытым окном, на овечьих шкурах, на черных простынях, где и лежало тело Клайда Вернона. Взглянув на труп, я невольно отвернулся, здесь поработал маньяк. Он кромсал и терзал ножом тело даже после смерти. Я вернулся в гостиную, плотно прикрыв за собой дверь.

Встретившись с моими глазами, Чарити перестала раскачиваться.

— Индиго, — прошептала она. — Все индиго, а я машинистка. Клавиши движутся ритмично туда-сюда, не надо думать, клак-клак.

Я вновь ударил ее по щеке, не сильно, затем только, чтобы привести в чувство.

— Расскажите, что здесь произошло?

— Вы спрашиваете о Верноне? — еле слышно шепнула она.

— О ком же еще! Или в этой квартире несколько трупов?

— Не знаю точно, — сказала она медленно, наморщив лоб. — Наверное, час прошел… эти шестьдесят минут стоили мне шестидесяти лет жизни. Не знаю, чего вы хотите от меня.

— Зачем вы его убили? — безжалостно спросил я.

— Я?! Думаете, это… я? Я убила его? Нет, нет, неправда, я не делала этого!

— Кто же?

— Не знаю.

Она метнулась в сторону.

— Я убью себя! Вот что я сделаю! Я убью себя, и вы еще пожалеете, да-да, в моей смерти будете виновны вы!

Приметив в углу бар, которым уже не воспользуется Вернон Клайд, я направился к нему и достал бутылку бренди. Наполнив два бокала, один я протянул Чарити. Она покосилась с опаской.

— Я не пью крепких напитков.

— Это вместо лекарства. Выпейте.

Девушка решилась, я составил ей компанию. Затем убрал пустые бокалы в бар и закурил сигарету. Лицо девушки оживилось румянцем. Больше того, заметив мой взгляд, она поспешно прикрыла грудь руками.

— Почему я в таком виде? — прошептала она.

— Вы что, совсем не помните, как предлагали себя, чтобы я только не задавал вопросов?

— Что? — с недоверием протянула она.

— О'кей, значит, не помните. Шок, это бывает, — заметил я. — Достаточно заглянуть в спальню, чтобы понять ваше состояние.

— Будьте добры, отвернитесь, — попросила девушка, — я хочу одеться.

— Почему бы и нет? Пожалуйста. — Впервые в жизни я не стал спорить с женщиной в подобной ситуации и пошел к бару.