Если только сумеет остаться в живых.

Пиццу принесли в семь. Кристин заставила себя съесть кусочек, пока Кармине медленно сжевал остальное, по-прежнему глядя на экран, не позаботившись о том, чтобы переключить канал. Иногда он тихо рыгал, не извиняясь при этом.

Кристин почистила зубы щеткой, купленной в аптеке, и с полчаса сидела на постели, ожидая, пока Кармине закончит ужинать. Потом встала и расстегнула юбку.

– Я иду в ванную. Оставить дверь открытой?

Кармине молча встал, подошел к ванной и включил свет. Окон не было. Ванна чистая, на краю лежит мыло, завернутое в белую бумагу. Кристин расставила косметику на полочке у зеркала, достала тампоны и салфетки.

Кармине возвратился в комнату, дожевывая кусок пиццы.

– Дверь не закрывай, – предупредил он.

Кристин вылила маленький флакончик жидкого мыла в ванну и открыла горячую воду.

Кармине опять отвернулся к телевизору. Кристин в нижней юбке вышла из ванной и положила на постель аккуратно сложенные блузку с юбкой. Потом отстегнула лифчик, дала ему медленно соскользнуть по плечам, бросила рядом с юбкой. Стянула нижнюю юбку, обнажая стройные бедра, и встала босиком около кровати, складывая шелковистую юбку. Откинув волосы, девушка поискала в сумочке заколку и закрепила волосы, свернув их узлом.

В падавшем из ванной свете обрисовалась упругая грудь и высоко поднятые руки.

Кармине медленно, не отрывая глаз от телевизора, налил виски из фляжки в пластиковый стакан.

Кристин закрыла краны. Бормотание телевизора было единственным, что нарушало тишину. Наконец Кармине услыхал слабый плеск – Кристин улеглась в ванну. Несколько минут он продолжал смотреть телевизор, потом прикончил виски и лишь для того, чтобы убедиться, что все в порядке, поднялся и направился взглянуть на Кристин.

Ванна была наполнена мыльной пеной, закрывавшей грудь и колени Кристин: сотни радужных пузырьков весело лопались с едва слышным треском.

Лицо девушки раскраснелось от жары, на стройные ноги и изящные плечи было приятно посмотреть.

Она не шевелилась, только вежливо смотрела на Кармине.

– Как видите, здесь никого нет, кроме меня. Выражение ее лица было доверчивым и покорным, но в глазах промелькнуло нечто неуловимое. Взгляд ее упал на загорелую руку мужчины.

– Кармине, – тихо спросила она, – что у вас случилось с пальцем?

Он с легкой улыбкой протянул ей изуродованную клешню. Кристин заметила, насколько тверд этот негнущийся палец. Ноготь был толстым и грубым.

– Небольшая неприятность! – гордо объявил Кармине. – Давно. Совсем не больно.

Кристин восхищенно вздохнула:

– Бьюсь об заклад, многим парням от него худо пришлось. Ведь так?

Кристин чуть привстала. Розовые затвердевшие соски выглянули из цветных пузырьков.

– Можно… потрогать? – спросила она. Лицо убийцы потемнело.

– Только один раз, – умоляюще прошептала Кристин. – Тони не будет возражать.

Гордость поборола осторожность. Кармине опустил крышку на унитаз, сел на него и положил ладонь на край ванны, поближе к Кристин.

Узкая рука нерешительно высунулась из воды, приблизилась и вновь отдернулась, словно ужасающий палец одновременно пугал и завораживал девушку. Наконец она осторожно, еле заметно коснулась его, чуть погладила, еще и еще раз.

– Он такой твердый, – благоговейно прошептала Кристин. – Как камень.

Она вздохнула. Ладонь, мокрая и скользкая, медленно сжала негнущийся палец, словно лаская его. Дыхание девушки участилось.

– Ты когда-нибудь, – застенчиво пролепетала она, – обрабатывал девушку этим пальцем?

Кармине поднял брови. Обнаженная Кристин не выпускала пальца, цепляясь за него с чисто женским чувством собственницы, словно притягиваемая его жесткостью.

Он ничего не ответил. Но и не отнял руку. Кристин начала медленно двигать сжатый кулак взад и вперед, словно наслаждаясь ощущением.

– Так приятно, – пробормотала она. – Такой жесткий и прямой…

Она взглянула в его глаза. Черные глубины зажглись неподдельным интересом.

– А меня… сделаешь? – спросила она наконец. Взгляды их встретились. Ладонь Кристин ласкала палец, словно это был гибкий маленький зверек, скользкий и ловкий.

– Тони ничего не скажет, – уверяла Кристин. – Ты имеешь право… если хочешь…

На секунду он, казалось, вновь впал в прежнее спокойствие рептилии, словно взвешивал «за» и «против». Наконец не спеша расстегнул манжет и закатал рукав. Потом глянул на коробку с тампонами и снова на Кристин. Та ободряюще улыбнулась и, осторожно взяв Кармине за руку, притянула его ладонь под воду, к своим бедрам.