Мышка? Это было самое ужасное из того, что он мог сказать ей. Джорджи резко повернула голову и увидела, как губы Мэта растянулись в иронической улыбке. Опять он издевается над ней.

Но вдруг улыбка исчезла.

– Нам нужно объясниться, Джорджи.

– Разве? – Джорджи так не думала.

Она не хотела этого. Тем более здесь, в его роскошной машине. Он сидит так близко, и ей некуда бежать. Не следовало противоречить ему. Она слишком поздно поняла это.

– Ты смотришь на меня, как на врага, а это совсем не так, – мягко сказал Мэт. – Если твой брат понесет убытки, я тоже пострадаю. Если он получит прибыль, и я окажусь в выигрыше.

Джорджи посмотрела Мэту в глаза, и в эту же секунду почувствовала, что ненавидит его. Ее ненависть к Мэту становилась все сильнее и сильнее. Это не было связано с Робертом и его делами. Глядя в холодные серые глаза, Джорджи понимала: это имело отношение только к ней самой. Наконец она справилась с волнением.

– Ты пользуешься его доверием. Этот бизнес – все, что осталось у Роберта. Для тебя же проект – всего лишь капля в океане твоей империи. Даже если дело прогорит, ты не почувствуешь этого.

– Мои проекты никогда не «прогорают». Это очаровательное слово не из моего лексикона. И я не допущу, чтобы проект твоего брата стал первым моим «прогоревшим» делом. Кроме того…

Мэт замолчал, и Джорджи с нетерпением спросила:

– Что?

– Кроме того, ты неправильно оцениваешь его состояние, – спокойным голосом сказал Мэт.

– Можешь не сомневаться, я знаю все, – возразила Джорджи. – У Роберта нет от меня секретов.

– Я говорю не о деньгах, Джорджи.

Мэт сидел рядом с Джорджи, положив руку на спинку ее сиденья, и смотрел ей прямо в лицо. Она была натянута как струна. Это просто наказание какое—то! Каждая их встреча оборачивалась какой-нибудь неприятностью.

– Что ты хочешь сказать?

Джорджи посмотрела в его темно—серые глаза, и они снова полностью поглотили ее. Все остальное вокруг просто перестало существовать.

– У него есть ты. – Голос Мэта был спокойным и ровным.

Джорджи едва справилась с охватившим ее волнением. Она попыталась улыбнуться, чтобы как—то снять напряжение и положить конец затянувшейся беседе, но вместо этого издала какой—то странный писк:

– Я?

– Да, ты.

Мэт ни разу не дотронулся до нее. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Но внезапно Джорджи ощутила, что он подчинил себе все ее существо. Она подумала о том, какую власть он имеет над женщинами. Если здесь, среди бела дня, он вызывает в ней такие сильные чувства, даже не желая того, что же он может сделать с женщиной, которая ему нравится?

Больше всего на свете сейчас ей хотелось, чтобы он включил мотор и они снова отправились в путь. Она просто не могла больше выносить этого взгляда.

– У нас с тобой разное отношение к Дальнему лугу.

Агрессивность Джорджи была инстинктивной реакцией.

– Есть вещи, которые, в отличие от тебя, не вызывают у меня восхищения, – спокойно возразил он.

– Я знаю, – согласилась Джорджи.

Мэт нахмурился, на лбу у него появились смешные складки.

– Тебе нравится дразнить меня, правда? – вкрадчивым голосом почти прошептал он. – Ты не знаешь, почему тебе нравится поступать так? – добавил Мэт тоном, который не оставлял никаких сомнений в том, что сам он прекрасно знает ответ на свой вопрос.

«Потому что ты эгоистичная, бесчувственная, высокомерная…» – пронеслось в голове у Джорджи.

Но он прервал ход ее мыслей.

– Потому что тебя влечет ко мне, а ты сопротивляешься этому способом, старым, как мир.

Последнюю фразу Мэт произнес нежным бархатистым голосом. Спокойствию, с которым были сказаны эти слова, можно было только позавидовать.

Джорджи не могла поверить своим ушам. От удивления она открыла рот.

– Возможно, мистер де Капистрано, вам будет неприятно услышать это, но есть женщины, которым вы безразличны, – с ненавистью сказала она.

– Я не совсем согласен с этим, – не задумываясь, ответил он, – но я говорю конкретно о тебе, а не о ком—то еще.

Тон, которым Мэт говорил все это, был абсолютно бесстрастным. От этого их беседа казалась Джорджи еще более невероятной.

«Какое колоссальное мужское самомнение», – подумала она.

– Я знаю, что говорю, потому что я чувствую то же самое. Я давно не хотел так ни одну женщину. Сколько бы ни продлилась наша связь, она будет приятной для нас обоих.

Джорджи схватилась за ручку дверцы.

– Я не хочу больше слушать весь этот бред, – сквозь сжатые зубы прошипела она.

Голос у нее дрожал.

– Не стоит смущаться, Джорджи, – холодно сказал Мэт. – Ты хочешь меня. Я хочу тебя. Что может быть естественнее? Не нужно ничего усложнять.

Он усмехнулся, и это стало последней каплей. Джорджи набросилась на него, как маленькая дикая кошка. Из ее зеленых глаз посыпались искры.

– Да как ты смеешь так обращаться со мной? Так хладнокровно! Ты предлагаешь мне сделку!

– Ах, вот в чем дело, – цинично произнес Мэт. – Тебе нужен букет красных роз и клятвы в любви до гроба? Прости, но я не верю в эти штучки.