Очередная попытка была весомой заявкой на успех: пловец наконец допрыгнул до воды. Получилась из Саши помесь телевизора с кассетной стереосистемой. Желанная для покупателей новинка. Это вдохновило его: еще несколько опытов — и он добился своего, стал-таки музыкальным центром.

В нем проснулся азарт. С наслаждением Саша Токарев принялся качать свою силу — силу, которая делала из него вещи. Он был настойчив, как настоящий спортсмен, и в результате полностью овладел свалившимся на него даром. Стоило ему теперь только представить вещь, почувствовать ее, и она жадно вбирала его в себя.

Несколько обстоятельств выяснил Саша, экспериментируя. Во-первых, когда он превращался в маленькие вещи, то они получались гигантскими. Например, авторучка была у него толщиной с бревно. Большие вещи, наоборот, уменьшались до величины мальчика. Во-вторых, находясь в облике предмета, он мог посмотреть в любую сторону, даже назад, надо было лишь повернуть голову. Точнее, то, что казалось ему головой. И наконец, чтобы превратиться, совсем не обязательно было скрючиваться. Главное — ощутить внутреннюю скованность.

И еще одна деталь. Как бывший фанат книжек с грифом «Фантастика», Саша ввел обозначение того, что он делает: превращение в вещь назвал «прямым переходом», возвращение в человеческий вид — «обратным переходом».

В конце концов он утомился и решил устроить тихий час.

Вскоре закончатся уроки в школе, и Алекс наверняка притащится. «Ну, я им всем покажу», — подумал Саша неизвестно о ком, блаженно растянувшись па кровати. Да, наконец-то ему повезло. Часок он вздремнул…

…и, наверное, зря я днем спал. Потому что время уже почти двенадцать ночи, родители вовсю дрыхнут, а мне не заснуть. И вправду, как тут заснешь?

Капитальный был денек. Коррида! Первую половину дня, после того как эта способность во мне вылезла, я силищу набирал, тренировался. А потом пришел Алекс, испортил тихий час. Как ни хотелось мне ошарашить его, показать пару чудес, я все же сдержался. Раззвонит везде, растреплется. А мне еще нужно было Жарова хорошим манерам поучить и, главное, с Душманом разобраться. И вообще, идеек много. К тому же, зачем Алексу мои фокусы, если он, как пришел, сразу прилип к игровой приставке. Вещь и в самом деле стоящая, засасывает, как курево. (Правда, курить я давно бросил.) Обращаться с приставкой легче легкого: подсоединил к телевизору — и балуйся с любой из пяти игр, которые мне батя припас. А игры здесь покруче кино будут! «Карманные монстры», «Ты, робот», «Фродо против Терминатора» — одни названия чего стоят! Сплошной киберпанк, фантастика.

Козел этот Алекс! Я знаю — друзей обзывать некрасиво. А чужие диски бить красиво? Он мне кислотную группу «Судороги Эм-Си» раздолбал! Лучшее в моей будущей коллекции! Я этот диск на медосмотре у Хлумова выменял за пару папиных книжек, и вот теперь… Мало Алексу игры было, так он захотел марсиан под музычку сшибать, полный кайф ему, видишь ли, нужен был. А у меня из-за него теперь только коробка осталась на память… Да, правильно, что я этому олуху ничего не сказал.

А Жаров вообще обнаглел. Я не успел осколки от «Судорог» выбросить, как он мне позвонил. Говорит: «Я уже пообедал и сейчас за магнитофоном заскочу. У меня, — говорит, — день рождения. Только раз, — говорит, — в году». Ну, Барабанище! Набил емкость котлетами и поплясать захотел, чтобы утряслось.

Решил я ему немножко аппетит испортить. А то еще вырастет эгоистом — все «дай» да «дай». И заодно Алекса научить примерному поведению. Короче, устроил хохму. Потихоньку перетащил аппарат из своей комнаты на кухню, потом сказал Алексу, что быстро сбегаю в магазин, и если Жаров заявится раньше, чем я вернусь, — надо отдать ему музыкальный центр. Алекс там среди марсиан резвился, поэтому даже не обернулся, головой махнул и спросил:

— Колонки тоже отдать?

— Колонки у него свои есть.

— Угу, — буркнул Алекс и больше не сказал ни слова.

Вот тебе и «угу»! Я входной дверью погромче хлопнул, потом потихоньку просочился по коридору к себе, сел на тумбочку и осуществил прямой переход. Стал музыкальным центром. И когда пришел Петя Жаров, Чернаго оторвался от марсиан и преспокойно отдал меня. Алекс сказал:

— Куда бы ты без Токинга, Барабан!

Мне было приятно. А Жаров напомнил, что мы с Алексом приглашены на его день рождения, и что часа через два можно приходить — будет много ценных конфет и торт из мороженого.

Как Барабан меня пер! Пыхтел, жиром истекал, руку через шаг менял. И ведь, кабан такой, неаккуратно нес! Два раза о перила стукнул: на моей лестнице и на своей. А по пути чуть не уронил. Я даже обмер весь — после обратного перехода, чего доброго, дефективным бы стал. Но обошлось.

Втащил меня Барабан в квартиру. Полез было в сервант, — наверное за конфетами, — вдруг ойкнул, пробормотал: «Колу забыл!» — и тут же побежал в магазин. Я ждать его не стал, превратился обратно и тоже ушел. Кстати, тогда мне смешная мысль в голову пришла: эдак можно квартиру обчистить, и никто не догадается. Шерлок Холмс ведь давно умер.