— Огнетушитель, чуваки!.. — Он закашлялся и исчез в клубах дыма. Токарев спросил у Хлумова:

— Колонки тоже демонтировать?

— Давай, только одну, — подумав, ответил тот. — Энергию необходимо расходовать рационально.

Колонки стояли на подоконнике динамиками наружу, чтобы всему кварталу было весело. Правда, они уже не извещали каждого прохожего, что «рок-н-ролл мертв, а я еще нет», — по причине безвременной кончины аудиосистемы. Просто хрюкали, как две перепуганные свиньи. Саша Токарев на секунду закрыл глаза, сосредотачиваясь. Возникло ощущение, будто вокруг позвоночника раскручивается вихрь, который поднимается вверх и врывается в голову. Он открыл глаза. Пробуждение энергии прошло успешно: мир был другим. Все окружающее утратило привычный вид — дома, машины и прочие предметы стали клетками различной формы и цвета. Маленькие клетки образовывали большие, большие были поставлены друг на друга — в общем, они представляли собой гигантскую запутанную конструкцию, внутри которой что-то перетекало. А высоко-высоко была натянута сеть — так выглядело небо. Саша умело выделил в этом хитросплетении левую колонку, невзрачную клетку с пульсирующим внутри студнем, и выпустил из себя вихрь — точно в цель. Студенистое существо под напором вихря мелко задрожало, схватилось за решетку клейкими отростками, но было вынесено вон. Перед глазами поплыло…

И прежний мир вернулся.

«Для такой сопли достаточно было меньшей дозы…» — озабоченно подумал Саша. Мысль прервал жалкий вопль:

— Да что же это! Колонка тоже!

Из левой колонки выбивались язычки пламени, мерзко воняло жженой пластмассой. Дело было сделано. В окне металась черная физиономия с разинутым красным ртом:

— Это же тыщи стоит, тыщи!..

— Назад! — вдруг сказал Хлумов. — Здесь стоять опасно.

Токарев не стал спорить. Тоже почувствовал — надо отойти. У него даже макушка зачесалась — самый надежный барометр.

И действительно, стоило переменить место, как через подоконник перелетел горящий усилитель, оставляя в воздухе дымный след. Будто подбитый самолет. Он утянул за собой оба динамика. Маленький взрыв — и дорогостоящая бытовая техника превратилась в россыпь тлеющих деталей. Следом в окне появился бывший владелец бывшей аудиосистемы. Превозмогая душевную боль, он объяснил неизвестно кому:

— Короткое замыкание! Пришлось выбросить, надо же…

— Да, хорошая аппаратура у вас была, есть о чем сожалеть, — принес соболезнования Хлумов. — Зато теперь нам не мешает громкое звучание записей, и мы можем поговорить на интересующую нас тему.

— Пошел вон, шкет, не до тебя, — огрызнулся парень. — Видишь же, горе у меня!

— Кстати, то, что вы называете коротким замыканием, может случиться и с вашим телевизором, видиком, компьютером. Причем сейчас, немедленно. Я же вчера вас предупреждал, помните?

На лице парня отразились разные чувства — от недоверия до страха. Он со слезой оглядел обломки и надломленно произнес:

— Видик… Ладно, заходи минут через пять. Мне еще надо умыться и переодеться в чистое.

Отошел от окна. Из глубины комнаты донесся глухой вопль: «Да где ж тут чистое найдешь!»

— Подожди меня здесь, пожалуйста, — попросил Хлумов. — Я думаю, много времени не понадобится. — И юркнул в подъезд.

Саша проводил взглядом нового друга, прислонился к стене дома и вытер испарину. Ему требовалась минута-другая, чтобы восстановить силы, — как обычно. Он глубоко вздохнул и с облегчением убедился, что угрызения совести его не тревожат. Действительно, наглый студент сам во всем виноват! Хлумов еще у гаражей рассказал про его гнусное поведение, а теперь Саша на собственном опыте убедился, какая это сволочь. Не захотел даже разговаривать! Пришли к нему, как к человеку, а он Хлумова в окно увидел, врубил музыку на полную и стал демонстративно балдеть. Само собой, и двери не открывал, и на призывы не откликался — якобы не слышал. Токарев был так возмущен, что вмазал бы по его супераппаратуре и без хлумовской просьбы.

— Порядок, — улыбнулся появившийся Хлумов и показал пачку денег. — Я ему объяснил ситуацию, сказал, что ты экстрасенс и не дашь нас в обиду. Он немножко струсил… В общем, я не буду его вычеркивать из списка «приемщики и посредники».

— Я бы его в список «козлов» занес, но дело твое, — сказал Токарев. — Куда идем?

— На автостоянку, я же тебе говорил.

— А-а, того гада поджидать…

«Того гада» пришлось ждать недолго, минут двадцать. Хлумов, как всегда, рассчитал точно. В двенадцать начинал работу компьютерный клуб — где-то на Охте, — и его хозяин должен был прийти за своим автомобилем максимум в полдвенадцатого, чтобы ехать на работу. Жил он в доме напротив стоянки. Вина же его заключалась в том, что он зажилил десять дисков — с «левыми» играми и программами, предназначенными для ЕДИЗа. Этот человек, будучи всего лишь «посредником», взялся достать тридцать дисков, но отдал только двадцать. Хлумов провел расследование, вышел на поставщика, который показал, что выполнил поставку в точности. Попытки забрать оставшиеся десять дисков окончились неудачей, — наверное, хозяин компьютерного клуба нашел на них более взрослого покупателя. Пригрозил, что возьмет Хлумова за ухо и отведет в инспекцию по делам несовершеннолетних, если еще раз увидит, и на том их любовь угасла…

— Вот он. — Хлумов тронул Токарева за плечо: улицу пересекал мужчина в черном кожаном плаще. — Встань за деревом. Операцию начнешь по моему сигналу.

И бросился наперерез:

— Вадим Петрович, а я вас жду!

Однако Вадим Петрович шагу не сбавил — шел мощно, как танкер. Хлумов стал отважно забегать ему под ноги и в итоге оказался на газоне лицом вниз. Правда, сразу встал на четвереньки, поднял лицо с прилипшим ко лбу листиком и как ни в чем не бывало прокричал:

— Вадим Петрович, зря вы не верите! Я ведь действительно меры приму — сломается ваша машина! Ремонт дорого будет стоить!

На что бизнесмен громко сказал, обращаясь к охраннику в воротах стоянки:

— Трофимыч, хватит ворон считать! Смотри, у тебя шпана под носом бегает. Камень через ограду швырнут, раздолбают что-нибудь, а отвечать-то тебе.

Трофимыч погрозил Хлумову пальцем:

— Ты это, малец… Не ходи тут, а то вишь как бывает.

Бизнесмен по-своему понял угрозу Хлумова. Несколько раз обошел вокруг новенькой «Тойоты», постучал ногой по покрышкам, проверил стекла, двери, нырнул под днище. Не обнаружив ничего подозрительного, он сплюнул и залез в кабину. Запустил двигатель. Включил «дворники», потому что моросил осенний дождик. Наконец, поехал. У ворот тормознул, ожидая, пока поднимется шлагбаум.