К счастью, Карла ответила ему согласием, и их совместная жизнь, полная взаимного влечения, потекла как по маслу. Куда потом девалось и счастье, и влечение? Нет, он продолжал любить Карлу, но представить себя лежащим в объятьях Карлы два часа – не мог. Не мог он и представить, чтобы Карла вот так мягко ласкала его, будоража воображение. Возможно, настало время каждому идти своей дорогой.

– Ты пойдешь за меня замуж? – спросил он.

– А Карла что, собралась умирать? – рассмеялась она.

– О, нет! Карла остается Карлой.

– Значит, никто не выйдет за тебя.

– Мы с Карлой были очень счастливы долгое время. Но все складывается так, что нашему счастью приходит конец.

– Тебе нужна какая-нибудь соблазнительная подружка, милый.

– Нет, мне нужна другая жизнь.

– Соблазнительная подружка и есть другая жизнь, – проговорила она, сбрасывая движением плеча ночную рубашку. – Если, разумеется, не считать меня.

Противоречивые чувства разрывали Дуэйна на части. Небрежность, с которой она готовилась к сексу, и ее спокойствие, также напоминали ему о взвинченности Джуниора. Он поймал себя на мысли, что он не очень-то хорошо поступает по отношению к Карле и ничем не лучше Джуниора, третирующего Сюзи. Он с неудовольствием отметил про себя, что его жена носит тенниски с многозначительными надписями, которые не только упрекают, но и обвиняют в чем-то его. Но самое печальное было то, что он смог игнорировать свою красивую и живую жену и не мог игнорировать Сюзи, которая уже манипулировала с ним, неумолимо подлаживая его тело под свои фантазии.

– Ты не ответила на мой вопрос, – сказал он после того, как Сюзи дала ясно понять, чего она хочет.

– Какой вопрос? – спросила Сюзи, зевая.

– Ты пойдешь за меня?

– Могла бы, при определенных условиях.

От полученного удовольствия ее большие карие глаза становились проницательными. В такие моменты, глядя в них, он понимал, что недооценивает ее, отказывая ей в остроте ума.

Сюзи всегда была довольна собой, и он по привычке считал ее мечтательной и нечестолюбивой женщиной, которая ничем особенно не отличается от окружающих, разве что повышенной сексуальной возбудимостью. Но когда она смотрела на него после совершения акта, он чувствовал себя глупым и ограниченным мужчиной, который пришел к ней, потому что это было легко, не утомительно и сверхвозбуждающе. Однако эти глаза убеждали его, что за внешней простотой скрывается сильная и глубокая натура.

– Каких условиях?

– Нам надо подождать, пока Дики не найдет себе хорошую девушку. Я не хотела бы причинять Дики неприятности… к примеру, выйдя замуж за его отца.

– А почему бы тебе не выйти за него? Вроде бы ты сильно его любишь. Я уверен, что ты осчастливишь его.

– Я слишком хороша для него. Осчастливить такого ребенка, как Дики – пустяковое дело.

– В таком случае я не понимаю, почему ты спишь со мной, коли превозносишь его до небес.

– Мне так нравится. Необязательно, чтобы две вещи были хороши в равной мере. Кроме того, я нужна тебе, и я обычно стараюсь тебя не разочаровывать.

– Джуниор считает, что ты нужна ему.

– Ты как будто намекаешь на развод, – проговорила она, ероша ему волосы. – Развод ты не получишь, а я не нужна Джуниору. Сидеть на матрасе и изображать из себя голодающего – это самое интересное, что он сделал в своей жизни. Не окажись я на его пути, из него, может быть, что-то и вышло… Джуниор – наркоман, а я его наркотик. Но я устала быть наркотиком для мужчины, который никогда даже не улыбается… Ты не представляешь, как это важно, когда люди улыбаются.

– Ты – самая интересная женщина в этом городе, – искренне проговорил он, понимая, что если бы сейчас его услыхала Карла, то ему пришлось бы туго.

Лицо Сюзи выразило приятное удивление, по комплимент не потряс ее.

– Прошло немало времени, прежде чем ты понял это, – проговорила она, поглаживая его грудь.

Дуэйн подумал о Дики, своем сыне-счастливчике, которого Сюзи так сильно любит. Наступит ли тот день, когда Дики осознает, какая исключительная женщина любила его в двадцать один год? Сколько ему стукнет, когда до него дойдет это? Кто знает… Дуэйн с сожалением подумал о том, что, возможно, когда-нибудь, в далеком будущем, его сыну станет тяжело на сердце и он вспомнит о Сюзи Нолан.

Сюзи встала с дивана и наклонилась за ночной рубашкой. Дуэйн задумчиво следил за ней. Какое-то грустное впечатление производят тела после секса, подумал он. Тело Сюзи хорошо сохранилось. На ногах, правда, кожа немного не того, но все равно, трудно оторваться. Пройдет совсем немного времени, и оно состарится. Как его тело, как тело Карлы, как тело Джейси.

Он тоже поднялся и начал одеваться, чтобы отвлечься от печальных размышлений.

– Дики может долго прожить и не найти женщину, которая была бы для него так же хороша, – сказал он, обнимая ее за плечи.

– Неутешительно, но справедливо, – проговорила Сюзи, держа перед собой рубашку и глядя в окно на кормушку для птиц.

Выйдя от Сюзи, Дуэйн поехал к цистерне, возле которой часто ловил рыбу. Но сегодня ему было не до рыбалки. Сюзи дала ему в дорогу три помидора из своего сада и немного соли в мешочке. Посыпав солью помидоры, он с удовольствием позавтракал. Затем растянулся под развесистым дубом и заснул. Проснувшись, он прислонился спиной к дереву и с час наблюдал, как черепахи покачиваются на бурой поверхности озера.