– Я не хотел бы, чтобы ты так ушла, – сказал Дуэйн.

– Почему?

– Потому что, если ты уйдешь, сердясь на меня, мне будет больно.

– Тебе пора научиться различать гнев и презрение, – проговорила Джейси.

– А при чем здесь презрение? – удивленно спросил Дуэйн. – Я просто задал вопрос. Мне не очень-то хочется знать, что там происходит между тобой и Карлой.

– Мне кажется, что тебя угнетает чувство какой-то вины. Иначе ты не стал бы спрашивать, потеряешь ли ты жену или не потеряешь.

– Вина угнетает меня не больше, чем десять лет назад. Я виновен во многом, но научился нести свой крест.

– Я тоже… если вдуматься. Выйдя замуж, я вела разгульный образ жизни. Если говорить начистоту, то чувство вины не утихомирило меня.

Над стадионом вспыхнули огни. Карла со старым Болтом выехали на арену, чтобы во второй раз провезти вокруг стадиона флаги Соединенных Штатов и штата Техас. Небо на западе еще оставалось светлым, но «мерседес» почти слился с тенью трибуны.

– Пора облачаться в свой костюм, Адам, – сказала она. – Вот-вот наш выход. Мы должны положить начало роду человеческому.

– О, черт! Я оставил его в пикапе. Надо вернуться и забрать.

– Перестань! Выступай в исподнем. Никто не заметит.

– Я замечу! В таком виде я не собираюсь появляться на людях. Надо мной будут смеяться всю жизнь.

– Интересно, как я легко завела тебя. Карла утверждает, что ты – хороший козел отпущения на все случаи жизни, и она права. Ты настолько пропитан чувством вины, что не можешь не быть козлом отпущения, а схватиться по-настоящему у тебя кишка тонка.

– Схватиться по-настоящему – значит дать тебе новый шанс, чтобы клевать меня?

– А может, тебе нравится, когда тебя клюют. Может, у тебя возникает иллюзия причастности к чему-то или участия в чем-то…

– Давай съездим за моим костюмом, – оборвал ее Дуэйн. Страх исполнять роль Адама в нижнем белье оказался таким сильным, что заслонил даже страх банкротства и страх потерять жену.

– Поезжай один. Мне еще исполнять «Боевой гимн республики». Это моя самая любимая часть шоу.

Дуэйн сел за руль и повернул ключ зажигания. Джейси осталась стоять на месте. Он посмотрел на нее и заметил, что она следит за ним. И хотя она стояла совсем рядом, так, что он ощущал жар ее тела, ее лицо находилось в тени, и глаз не было видно.

– Я тебя плохо знаю, Дуэйн, – проговорила Джейси. – Возможно, что ты очень милый и хороший. Твоя беда в том, что ты слишком прямолинеен.

Он быстро доехал до своего пикапа, схватил купальный костюм и переоделся в туалете на бензозаправочной станции. Когда он вышел из кабинки, звуки «Боевого гимна» огласили погруженный в тишину город.

– Хоть бы кто-нибудь остановил этот глупый оркестр с их румбами, – пожаловалась Карла. – Они что, попали в Акапулько?

Дуэйн был рад тому, что исполняемый им танец может сойти за румбу. Они находились в самом центре танцующей на улице толпы; сотни ног, шаркающих по асфальту, заглушали оркестр, и Дуэйн лишь изредка улавливал две-три ноты.

– Я думаю, что они стараются разнообразить местный ассортимент, – заметил Дуэйн.

– А этот маленький с контрабасом ничего. Он может расширить мой ассортимент в любое время, если захочет. Ты ничего не имеешь против контрабасиста, а, Дуэйн?

– Ничего, если только он не будет прикасаться к мусоропроводу.

– Когда это было, Дуэйн? Пора бы давно забыть.

– Дженни все никак не наплачется, – заметил Дуэйн. Дженни сидела на ящике со льдом возле палатки и горько плакала. Чарли и Лавел, стоявшие рядом, по очереди касались ее спины, пытаясь утешить.

– Она ни в чем не виновата, – сказала Карла. – Сегодняшнее представление прошло просто ужасно, плюс с отчаяния сбежал Лестер.

Отрицать, что второй день праздника не удался, было бы бессмысленно. Номер с пародией на Иво Дзима пришлось отменить, потому что девочки, согласившиеся изображать японских солдат, передумали и отправились кататься на роликовых коньках. Пришлось отказаться от Гражданской и Первой мировой войн из-за ужасной драки между защитниками Аламо, ведомыми Эдди Белтом, и армией Сайта Анна, возглавляемой Бобби Ли. Множество бездельников и пьяных перепрыгнули через изгородь и устремились на подмогу защитникам Аламо. Армия Санта Анна постыдно бежала, ретируясь мимо загонов для скота, чтобы не быть смятой и уничтоженной.

– Дуэйн, шевели ногами.

– Я бы хотел, чтобы ты вернулась домой. Можешь привезти и Джейси. Места всем хватит.

– Тебе это было бы очень удобно, так? Мы были бы у тебя под крышей.

– Я только предлагаю.

– А зачем я тебе дома? С сексом между нами покончено, к тому же мы спорим дни напролет.

– Мне не достает комедии.

Тон Карлы оставался нейтральным – не то чтобы враждебным, но и далеким от дружеского, – но она улыбнулась, когда он сказал, что ему не хватает комедии.