– Знаете, что несправедливо? – резко обернувшись, вмешалась Кейт. Ее душило негодование, и она дерзко глядела на оторопевших от неожиданности женщин. – Несправедливо то, что вы так говорите об этих детях! Они ведь не сделали ничего плохого. Они так же невинны, как и жертвы убийцы.

– А вы кто такая? – поинтересовалась одна из женщин, смерив незнакомку враждебным взглядом.

– Я друг их семьи, – ответила Кейт и, отвернувшись, принялась снова следить за игрой.

Тедди мчался по полю с мячом, и сердце у нее забилось так, как будто она сама вела мяч к воротам. Кейт вспомнила разбитое стекло в доме О'Рурков, кровь на лице Джона, ужас в глазах Мэгги и Тедди. Весь город обсуждал их семью, и, должно быть, эти разговоры доходили и до детей. Тедди был уже подростком и, вероятно, понимал, какие слухи ходили про его родителей. При мысли об этом сердце у Кейт сжалось от боли.

Женщины продолжали шептаться за ее спиной, и она решила отойти подальше.

В этот день Джон работал в лихорадочном ритме. Он прослушал доклады своих помощников, один из которых отвечал за показания медицинского эксперта, а другой – за подготовку ходатайства о передаче дела в другой суд. Потом Джон поговорил с двумя психиатрами, договорился с ними о встрече на следующей неделе и отложил визит в тюрьму.

Заехав в дом отца, он забрал Мэгги и Брейнера и помчался на школьный матч. Они приехали после начала второго тайма. Джон припарковал машину на газоне, и все трое побежали к полю, чтобы присоединиться к болельщикам Шорлайна. Тедди в этот момент как раз вел мяч к воротам.

– Давай, Тед! – закричал Джон. – Бей!

– Тедддддиииии! – завопила Мэгги.

Толпа неистовствовала, и сердце Джона переполнялось гордостью оттого, что причиной всеобщего волнения был его сын. Сам он тоже играл в футбол и в школе, и в университете, и ему было хорошо известно, какое чувство испытываешь во время игры, когда все вокруг выкрикивают твое имя. Джон надеялся, что Тедди слышал сейчас в реве болельщиков и его голос. Он знал, как его сыну хотелось, чтобы он присутствовал на игре. В те времена, когда Джон сам был мальчишкой, для него было настоящим праздником, когда отец приходил на матч, но, увы, это случалось так редко…

Тедди передал пас игроку своей команды, и тот отправил мяч в угол ворот. Среди болельщиков Шорлайна поднялось настоящее ликование. Счет стал 3:1.

– Привет, Джон!

Чьи-то руки обвились вокруг его шеи, а губы чмокнули в щеку, и только потом он увидел, что это была Салли Кэрролл.

– Привет, Салли.

– Твой сын весь в тебя, Джон. Я хорошо помню, какие голы ты забивал, когда играл за Шорлайн.

– Когда это было? Сто лет назад, – вздохнул Джон, кинув взгляд на мужчину, с которым стояла Салли.

Это был Питер Дэвис, друг тренера Тедди. Джон слышал, что он купил дом в Пойнт Герон, и Салли стала встречаться с ним после того, как рассталась с мужем. Джон удивлялся, как люди могли так легко переносить разрыв: спокойно расставаться, сходиться с другим человеком, строить новые отношения. Ему самому это казалось просто немыслимым.

– Ах, ну что ты строишь из себя старика, – сказала Салли.

– Строю?

– Ну, не говори так, пожалуйста, – произнесла Салли, ласково кладя руку на плечо Джона. – Ты просто очень устал, после всего, что тебе пришлось пережить. Кстати, как у тебя дела?

Глаза у Салли были томные, влажные. Не выдержав ее пронзительного взгляда, Джон отвернулся. Салли обладала необыкновенной сексуальной притягательностью, и это не могло не действовать на него, как и на любого нормального мужчину, но… во-первых, она была лучшей подругой Терезы, во-вторых, все еще не разведена, в-третьих, Питер Дэвис смотрел на них, да и вообще она никогда не интересовала его как женщина. Джон снова посмотрел на Салли. Если бы он мог хоть кому-то рассказать, как на самом деле у него обстояли дела.

– У меня все прекрасно, – сказал он.

– Да? – усмехнулась она. – И поэтому у тебя такие круги под глазами? Джилли Уилкокс рассказала мне, что у вас в доме разбили стекло.

– Да, нам запустили кирпич в окно. Что поделаешь – издержки профессии.

– Да, похоже, толпа жаждет крови, – заметила Салли. – Видишь, как на тебя все смотрят?

– Пускай смотрят. Лишь бы детей не трогали.

– А кто позаботится о тебе, Джонни? – спросила Салли, снова дотронувшись до его плеча. – У тебя на шее дом, двое детей и эти ужасные клиенты!

Джон стиснул зубы. Как убийственно можно в нескольких словах обрисовать жизнь человека! Поежившись от пронизывающего ветра, он перевел взгляд на поле, чтобы сосредоточиться на игре. Тедди одинаково хорошо играл и в нападении, и в защите. Он бегал, как заведенный, пытаясь отобрать мяч у противников.

– А кто эта странная незнакомка? – донесся до него голос Салли.

– Какая незнакомка?

– Да вон та серая мышка, которая пришла болеть за вашего сына. Похоже, ваша собака ее хорошо знает.