Она опять посмотрела на белый шарф на своем портрете. Теперь он перешел к Мэгги, став словно связующим звеном между их семьями.

Если бы Джон не положил уже трубку, Кейт сказала бы ему, что бывает хорошего в мире. Мэгги и Тедди. Брейнер и Бонни. Ее сестра Вилла. И сам Джон.

Кейт стало грустно, и она поняла, что находилась сейчас не там, где должна была находиться. Ей было так тяжело вернуться в Вашингтон, так и не разгадав тайну исчезновения Виллы, но она заставила себя это сделать. Она решила, что должна смириться с неизвестностью и попытаться жить дальше.

Однако сидя сейчас на полу в своем вашингтонском доме, Кейт поняла, что вернулась напрасно. Это был ложный путь. Ее сердце и мысли все равно были сейчас в Коннектикуте. Именно там находились сейчас самые близкие ей люди. И только там можно было найти объяснение исчезновению Виллы.

Кейт посмотрела на Бонни и вопросительно подняла брови. Ей казалось, что собачка читала ее мысли.

– Ну, что, Бон, думаешь, нам стоит это сделать?

Бонни вильнула хвостом. Кейт кивнула и погладила ее по спине.

Билли Мэннинг позвонил Джону и сказал, что хочет допросить Грега Меррилла в связи с убийством Аманды Мартин. В данном случае Меррилл был вне подозрений, но, возможно, ему что-то было известно.

– Если твой клиент согласится помочь следствию, – сказал Билли, – думаю, суд учтет это при вынесении приговора.

Джон встретился с Билли прямо в Уинтерхэме. Когда они прошли в комнату для свиданий, охранник, выразительно покосившись на Джона, сказал:

– Сочувствую тебе, Билли.

– Ты это насчет Джона? – спросил детектив. – Зря. Он хороший парень. Мы с ним вместе учились в школе и играли в одной команде.

– Да, – ответил охранник, – но сейчас он, похоже, играет в другой команде.

– Да ладно тебе. Все равно О'Рурк хороший парень, – заметил Билли.

Когда охранник вышел, Билли впился в Джона глазами и зашептал:

– Слушай, не вставляй мне палки в колеса, когда я буду допрашивать Грега, ладно? Будь другом, а? Я ведь всегда за тебя горой, Джонни. Ты слышал, как я за тебя заступался?

– А с чего ты взял, что за меня нужно заступаться, Билли?

– Ах, ну да – перед кем за тебя заступаться? Ты ведь в нашем городе всеобщий любимец… Эх, Джонни, Джонни, лучше бы все-таки ты стал копом. Работали бы вместе в полиции, ловили бы преступников… Но ты предпочел стать адвокатом. А потом, наверное, станешь и судьей – так же, как твой отец.

– Но ты ведь тоже пошел по стопам отца, Билли.

– Да, это правда. Видимо, никуда от этого не деться… А, кстати, как там Тедди? Тоже, наверное, собирается продолжить семейную традицию?

Джон ничего не ответил. С некоторых пор Тедди стал очень замкнутым. В то время как Мэгги, по своему обыкновению, щебетала без умолку, Тедди предпочитал отмалчиваться и почти все свободное время проводил на заднем дворе, тренируясь с мячом. Джон чувствовал, что между ним и его сыном возникла невидимая стена, и он знал, что должен каким-то образом разрушить ее.

Наконец, дверь открылась, и двое охранников ввели в комнату свиданий Грега Меррилла. Он был в наручниках, с короткой тюремной стрижкой, и его полнота теперь особенно бросалась в глаза: арестантская роба была ему на размер мала и плотно обтягивала его пухлое тело. Меррилл сильно изменился в тюрьме и уже не был тем обаятельным, внушающим доверие молодым человеком, которому не составляло большого труда заманивать в свою машину неосторожных девушек.

– Здравствуйте, Грег, – сказал Джон.

– Зачем он пришел? – спросил Грег, кинув взгляд на Билли. – Разве я уже не ответил на все их вопросы?

– Вы нам снова нужны, мистер Меррилл, – произнес Билли, откинувшись на спинку стула.

– Что ему нужно от меня, Джон? – воскликнул Грег.

– Детектив Мэннинг хочет кое о чем тебя расспросить, – ответил Джон.

– Расскажите мне об Аманде Мартин, Грег, – попросил Билли. – Вам, должно быть, уже известно о том, что у вас появился последователь.

– Я не имею к этому никакого отношения.

– Господин адвокат, попросите своего клиента ответить на мой вопрос, – сказал Билли.

Джон молчал, дожидаясь, чтобы Грег заговорил сам. Билли кинул на него нетерпеливый взгляд. Они были старыми друзьями, но тюремный охранник был прав: Джон играл теперь в другой команде. В глазах Меррилла читалось беспокойство, и он втягивал голову в плечи, словно пытаясь спрятаться, как черепаха, в свой панцирь.

– Вы выглядите подавленным Грег, – заметил Билли. – Может быть, расскажете, почему?