— Думаешь, они еще помнят это? — спросил он.— Если вообще видели.

— У них же иглометы! — напомнил Эрик.

— И в самом деле… Ну-ка, посторонись!

С устрашающей силой исполин ударил ногой в стену, и та обрушилась в зал, вместе с половиной Священной Морды. Вся их каморка тотчас оказалась на виду. Нимало не смутившись, Нора повернулась и встала на самом краю, широко раздвинув ноги и презрительно глядя вниз, на переполошенных охранников и облезлых стариков, будто пораженных громом. Неторопливо она раздвигала комбинезон спереди, пока тот окончательно не распался надвое. Тогда Львица высоко вскинула руки и, щелчками пальцев задавая себе ритм, заколыхалась в бесстыдном, вкрадчивом, первородном танце, давно забытом ограми — стараниями многих поколений запретителей. Отворачивая лица, будто от нестерпимого света, охранники пятились к дверям, а позабытые ими старики все безжизненней застывали в своих креслах — у самых дряхлых уже стали закатываться глаза и отвисать челюсти.

Внезапно Кон издал безумный вой и ринулся по ступеням вниз, развевая седую гриву. Подскочив к безучастной девице, ухватил ее за бедра и с воплями принялся стаскивать с пьедестала, явно намереваясь сбросить бедняжку в колодец, но позабыв отвязать. Примерясь, Эрик спрыгнул на плечо изувеченного идола, и тут же с уступа сорвалась гигантская фигура Горна, планируя к подножию лестницы.

Однако Нора опередила всех. С задумчивой улыбкой она подцепила ногой увесистый обломок и аккуратным взмахом сбросила на голову Кона. Ошеломленный, старец попятился, хватая руками воздух, и со слабым вскриком опрокинулся в шахту, отправившись вдогонку за своими бесчисленными жертвами — прямиком в Подземелье.

А Горн уже вышиб охранников за дверь и теперь заваливал вход глыбами, отколовшимися от Священной Морды. Торопясь, Эрик сбежал по каменной лапе к пленникам и, подобрав оброненный кем-то клинок, вспорол на Львах мешки, рассек ремни. Повернулся к осужденной, а с другой стороны к ней уже подходила Нора, спустившись по проложенному им маршруту.

Но тут в груди Священного Зверя разомкнулись створки, и наружу вырвался Бонш во главе плотного строя пещерников. Одолевая завалы обломков, они злобно и угрюмо выли, обещая скорую расплату — за поруганные святыни, за погубленный Совет.

Пронзительным криком Львица скомандовала отход. Тотчас Эрик выдернул из девушки трубку — она даже не моргнула — и, подхватив ее на руки, бросился вверх по лестнице. Успевшие вооружиться Львы нехотя трусили следом, подгоняемые окриками Норы. Наверху, возле распахнутой дверцы, их уже поджидал Горн.

— Всех спас? — усмехаясь, спросил он у Эрика.— А девица-то, похоже, в шоке. Уж не свихнулась ли она от всех этих переживаний?

— Быстрее! — крикнула Нора, ныряя в дверцу.

Эрик двинулся было следом, но тут оба Льва, не сговариваясь, повернули и ринулись навстречу пещерникам, уже накатывавшим снизу. Одного Горн успел поймать за плечо, зато второй врубился в толпу, круша направо и налево, и через секунды пал, пронзенный многими мечами, в последнем крике славя имя Тора.

— Идиот,— прорычал Горн, швыряя второго Льва в дверь.— Тору нужны живые!..

Пригнувшись, Эрик ступил внутрь, а чуть позже туда ввалился Горн, волоча за собой упирающего верзилу в кроговых латах, и захлопнул дверь. Тяжелой оплеухой он послал верзилу кувырком по полу. Тот мгновенно вскочил, но сейчас же на него налетел Тигр, снова сшиб наземь, придавив ногой к камню. И только тогда узнал в нем Бонша.

— Ну, куда мы угодили теперь? — спросил Горн, озираясь.

А угодили они в небольшую комнату, такую низкую, что даже Нора макушкой почти касалась полированного потолка. В самом его центре мерцало странное пятно, похожее на окно, глядящее во тьму. И больше в комнате не оказалось ничего — ни мебели, ни углов, ни других дверей или окон. Без колебаний Горн пробрался к пятну и постучал по нему костяшками пластиковых пальцев.

— Снова стекло? — удивился он.— А ведь не похоже.

С размаху он саданул кулаком по “окну”, однако оно даже не треснуло, хотя гул прошел по всей комнате.

— Подожди,— внезапно сказала Нора.— Не так.

Стягивая с руки перчатку, она приблизилась, сунула в пятно голую кисть. И неожиданно пальцы свободно проникли вглубь, показавшись оттуда огромными.

— Что ли, вода? — заинтересованно хмыкнул Горн.

Снизу он надавил на локоть женщины, и ее рука стала легко подниматься, зато леопардовая кожа комбинезона наглухо уперлась в препятствие, собираясь в складки. Затем гигант вытянул руку Норы наружу и осмотрел — пальцы оказались сухими.

— Вот так барьер! — произнес он.— И что, только живая ткань?..

Горн повторил эксперимент на себе, удовлетворенно кивнул.

— Все-таки я не верила,— сказала Львица.— Вот почему пещерники не могли туда попасть!

— Потеха, верно? — вдруг прохрипел Бонш из-под ноги Тигра.— Чтобы пробиться наверх, я готов был на все, но через такую ерунду переступить не в силах — идиотизм!.. Вот чего мы достигли своими чистками.— Вождь растерянно хохотнул, зачарованно уставясь на мерцающее окно.