А что, собственно? Почему нет? И так сидит дома, словно погребенная, безвылазно. Когда еще доведется на вечеринке побывать? Себя показать, людей посмотреть? Не ласков с ней Рэйс в этом отношении, в город и то не пускает.

Опять же празднества длятся всего лишь неделю, а там вновь — туглос, дети, муж…Побудет она еще примерной женой и матерью, успеется, даже надоест. Будет шастать по комнатам и залам в поисках достойного занятия, преданно заглядывать в глаза Рэя, изображая любящую супругу в постклимактерический период, для которой " все бури и метели уж давно отшумели". Но это потом, а сейчас обойдется, душе острых ощущений не хватает, веселья и внимания. В конце концов, любой женщине хочется чувствовать себя живой.

"А, будь что будет", — махнула она рукой: " Рэйс далеко, авось не узнает. Да и что плохого произойдет, если я повеселюсь?" И не усмотрев, естественно, ничего зазорного в собственных желаниях, Алена призывно улыбнулась тому самому атлету, неприкаянно бродящему по залу невдалеке.

Парень с готовностью шагнул к ней, замер и вдруг, резко развернувшись, исчез из поля зрения. "Не судьба, однако", — с сожалением вздохнула девушка: "Деверя черти принесли".

Иллан пристроился рядом с фужером, водрузив локти на узкий столик стойки, и искоса поглядывал на родственницу. Молчаливое и столь пристальное внимание нервировало. Ну, что за семейка? За всегда, пожалуйста, настроение испортить, ежели не один, так второй. Смена караула у них, что ли?

А тем временем музыка зазвучала громче и призывней, несколько пар закружили по залу в танце. Алена с сожалением и завистью смотрела на них и дрыгала ножкой в такт — хоть так потанцевать!

— Нравится? — спросил Иллан.

— Нет! — буркнула она, мысленно посылая деверя по известному адресу с подробной схемой маршрута. — Где супругу оставил? Не пора ли жениху к невесте?

— Она с Монтррой.

— А-а-а, — "жаль"!

— Я….могу пригласить тебя?

Девушка недоверчиво посмотрела на протянутую руку и, прикинув, что Рэйс не будет особо гневаться, если она потанцует с его братом, с готовность кивнула и вложила пальчики в ладонь сегюр. Тот замер на минуту, с благоговением глядя на белую кожу и тонкое запястье в его смуглой ладони.

— Идем? — поторопила его Алена. Музыка в ее любимом стиле, что-то среднее между ремиксом In-Grid и латино—американским Amore в исполнении горячего флэтонского мачо, звала на аудиенцию. Спокойно стоять и ждать, пока Иллан очнется, сил не было. Каблучки уже выдавали дробь, ноги сами стремились в круг танцующих. Парень невольно улыбнулся игривому настроению девушки, и последовал за ней, стараясь не отстать.

Кьяро. А как ее еще назовешь?

К тому же мнению через пару минут пришли и окружающие. Голоса стихли, танцующие отошли, расчистив пространство для одной, единственной пары: темноволосого сегюр и светловолосой сегюр-мэно.

Девушка с горящими лукавством глазами выдавала один пируэт за другим в совершенно бешенном ритме, гордо вскидывая голову, кружа и постукивая каблучками. Аромат ее и-цы быстро распространился по залу, привлекая всеобщее внимание. Парень не отставал и не уступал ни в пластике движений, ни в темпе.

Рэйс слушал отцовские излияния Дэйкса и вдруг заметил диковинные метаморфозы, происходящие вокруг: народ подтягивался к перилам и бросал на него странные взгляды. Это насторожило сегюр и в груди кольнуло: никак опять женушка что-то учудила?

Он бросился к перилам.

Так и есть. Его супруга зажигала с новобрачным в диком темпе и с завидным задором. Лицо раскраснелось, в глазах пылал огонь, волосы рассыпались по плечам, подол платья то и дело взлетал в воздух, открывая взору ножки в изящных туфельках. Братец не отставал, кружил рядом, то обвивая Алену рукой, то, отпуская, то приближаясь и тесно прижимаясь, то отстраняясь. В воздухе витал знакомый аромат энергии, не только осязаемый, но и четко видимый: множество мелких, разноцветных искр окутывали пару и разлетались по залу.

Дэйкс, через секунду оказавшийся рядом с сегюр, глянул вниз, выгнул бровь от удивления, покосился на побелевшего от гнева Рэйсли и, понимая, что грядет буря, попытался заступиться за девушку. Но успел сказать лишь: э-э-э.

Мужчина, не взглянув на товарища, без раздумий перемахнул через перила и приземлился на первом этаже, чуть не покалечив зазевавшегося гостя. Троуви тяжело вздохнул и поспешил следом, но менее экстремальным способом — по лестнице. Он не окэсто и боль чувствует, да и вообще, если каждый раз, когда в семействе Лоан намечается гроза, сигать со второго этажа, через месяц можно смело восходить на погребальный костер.

Рэй не мог не восхититься пластикой и красотой жены, но руки брата, касающиеся Алены в танце, раздражали и приводили в бешенство, как, впрочем, и восторженные, а у некоторых и откровенно заинтересованные, похотливые взгляды, бросаемые в сторону девушки.

Что за привычка выставлять себя на всеобщее обозрение, словно товар? Мало он ее воспитывал и плохо, недоходчиво объяснял.

Рэйс направился к веселящейся паре. Народ расступился, пропуская и настораживаясь. Взгляд у сегюр был не ласков.