Даниэлла поспешно ущипнула меня за руку. Я прикусила язык. На несколько минут. Но Уин не унимался.

– Когда Трей признался во всем, – доверительно продолжал он, – мне пришлось серьезно подумать, следует ли поддерживать с ним отношения. У матери едва не случился инфаркт. Пришлось срочно везти ее в больницу. Правда, она склонна все драматизировать, но представляете, какое потрясение? Отец собирался вычеркнуть его из завещания. Мы долго совещались, стоит ли оставлять его в семье. Ну, знаете, как это бывает.

– Не совсем, – отрезала я с широкой невинной улыбкой. – Видите ли, я не… Ой!

Даниэлла вонзила мне в ногу каблук-шпильку.

– Ради Клер, – прошептала она с застывшей улыбкой.

Уин был так поглощен собственными идиотскими разглагольствованиями и дурацкими рассуждениями, что не обратил внимания на нашу перепалку.

– Откровенно говоря, – продолжал он, вертя бокал с мартини, – не понимаю я этих голубых. Откуда их столько взялось? Куда катится общество? И чего они добиваются?

– А чего добиваетесь вы? – с видом жизнерадостной идиотки осведомилась я, игнорируя отчаянные знаки Даниэллы. – Своим покровительственным…

Но прежде чем я успела договорить, Даниэлла схватила меня за руку и, с ослепительной улыбкой махнув куда-то в пространство, потащила прочь от мистера Уинчестера Каррингтона III.

Мы нашли пресловутого Трея в одиночестве, он стоял у стойки бара с бокалом дорогого шампанского в руке.

– Ваш брат – жопа, – без обиняков заявила я, протягивая ему наполненную с верхом тарелку. – Креветок?

– Спасибо, – кивнул Трей, сунув в рот целую гигантскую креветку. – Знаю.

– Кстати, я Джинси. Подруга Клер. А это Даниэлла.

Трей представился и схватил с моей тарелки еще одну креветку.

– Не знаю, как Клер может с ним даже говорить, – продолжала я, все еще кипя гневом, – не говоря уж о том, чтобы выйти замуж. Иисусе! Так и тянет плюнуть ему в морду!

Трей проглотил креветку и ухмыльнулся:

– Я рад, что у Клер наконец объявилась такая подруга, как вы. Ей нужен защитник. Она должна научиться посылать его куда подальше. Она неплохая девочка. Просто ею слишком долго помыкали.

– Да-да. Клер классная, и все такое. Но я хочу знать, как вы-то выносите здешнее общество. Вы что, святой? Как вы вообще можете находиться в одной комнате с Уином? Он омерзителен!

– Да, он кретин, жалкий и пошлый тип, – сухо согласился Трей, – но, кроме всего этого, он еще и мой младший брат. Родные всегда чем-то обязаны друг другу. Даже если приходится притворяться, что все друг с другом ладят.

– Значит, как человек вы куда лучше меня, – вздохнула я.

– А вот в этом стоит усомниться.

– Просто вы плохо меня знаете.

– Вы не выглядите сволочью. Поверьте, я их немало повидал в жизни.

– Внешность может быть обманчива.

– У меня суперлазерное зрение.

– Ладно, выиграли, – засмеялась я. – Я действительно не так уж плоха.

– Представить не могу, чтобы Дэвид мог от меня отвернуться, – пробормотала Даниэлла скорее себе, чем нам. – И что бы он ни сделал, я в жизни не отвернусь от него.

– Дэвид – ее старший брат, – пояснила я, и Трей понимающе кивнул.

Про собственного братца я упомянуть не потрудилась. Тот наверняка сдал бы меня врагу за кварту светлого.

Что же до моей преданности к нему, она тоже оставалась под большим вопросом.

Несколько часов спустя мы с Даниэллой сгорбились у стойки бара в Силверстоуне. То есть сгорбилась я: подруга, как всегда, сидела прямо, за исключением тех случаев, когда возлегала на диване. Она вечно напоминала мне о преимуществах хорошей осанки.

– Вряд ли я смогу и дальше помогать Клер со свадьбой.

Похоже, Даниэлла искренне расстроилась. Представляю, что ей стоило отказаться от такого грандиозного проекта!

– Разве я могу поощрять такую милую девчонку в намерении выйти за такого кошмарного жлоба?!

– Не можешь, – коротко подтвердила я.

– Но и бросить все тоже нельзя. Клер положилась на меня. Столько всего еще нужно сделать… И под каким предлогом отказаться? Не могу же я так прямо выложить, что презираю ее жениха!

Мы немного помолчали, потом Даниэлла тихо сказала: