Он обернулся с такой скоростью, что чуть было не вывернул шею… Стена была без единого намека на трещину. Идеально выкрашена… Еще боковым зрением он увидел падающий со стола, словно в замедленной съемке, стакан… Сделал два шага и поймал целое стекло…

Он вернулся домой и обнял сначала детей, а потом жену.

— Эля, — произнесет он, слегка поперхнувшись. — Элечка!..

— Да, дорогой…

— Нет, ничего…

— Что-то случилось, Вэл?..

— Все нормально.

Он поужинает с семьей, а затем уйдет в кабинет, где распечатает длинный тубус и достанет из него полотно великого Модильяни… На холсте будет изображена жена художника с глазами Мадонны… С глазами Эли…

Через несколько лет он как-то ночью проснется и пойдет в ванную… В большом светлом помещении ему со сна покажется, что нежная спина его женщины поросла волосами… Содрогнувшись, он вернется в спальню, удостоверится, что все в порядке, и, совершенно счастливый от глупого наваждения, заснет юношеским сном, в котором будет слышаться далекий и мучительно сладкий призыв: «Ефимушка-а-а-а!..»

Москва, 2008 год