В этот момент генерал повернул голову и встретился взглядом с дочерью. В его глазах Райза увидела столько боли, столько негодования… и столько любви, что едва не разрыдалась.

– Отец!

Она стала отчаянно продираться к нему сквозь толпу солдат и горожан-юнионистов. Неужели он так и будет стоять неподвижно? Не обратит на нее внимания? А может, он таким образом выражает свое презрение? Однако в следующий момент он раскрыл объятия. Райза кинулась к нему. Он крепко прижал ее к себе.

– Райза, девочка моя ненаглядная! Господи, как я по тебе соскучился! Как я вообще мог позволить тебе уехать! Я же думал, ты будешь в Англии, вдали от всего этого безумия, от бесконечных смертей. А ты вышла замуж за дикаря-южанина…

– Папа…

– Ты права, девочка. Поговорим об этом потом. «Потом» наступило нескоро. Генерала сразу перехватили офицеры, военные чиновники и местные жители, сочувствующие северянам. Последовали бесконечные приглашения на ленчи, обеды и коктейли. Райза повсюду следовала за отцом, прекрасно сознавая, о чем шепчутся за ее спиной пожилые дамы. Ах, как только она могла выйти замуж за этого мерзавца-южанина! А как же она могла бы не выйти за него замуж, возражали другие. Ведь она ждет ребенка! Как ни странно, насколько Райза могла уловить по обрывкам разговоров, в случившемся больше обвиняли ее, чем Джерома Маккензи. В конце концов, он мужчина! Кроме того, всем стало известно благородное отношение Джерома к солдатам и морякам янки, которые попадали к нему в плен. Значит, это она сама его соблазнила.

Самой ярой ненавистницей Райзы оказалась некая мисс Айви, примерно одного возраста с ней, тощая и непривлекательная. Сейчас она изо всех сил изображала преданную юнионистку, но Райза слышала, как мисс Пендлтон не раз распевала «Дикси» в те времена, когда городом правили конфедераты.

– Не обращай на нее внимания, – шепнул подошедший сзади Финн. Отец в это время разговаривал с солдатами, вернувшимися после сражения в Форт-Мэрионе. —

Просто высохшая старая дева. Она умирает от зависти. Ее-то ни один нормальный мужчина не захочет похитить.

– А после войны мужчин вообще останется мало, – прошептал Остин, подошедший с другой стороны. – Так что ей не останется ничего другого, как распространять гадости о женщинах, которые найдут себе мужей.

Райза одарила каждого из них улыбкой. Поймала любопытный взгляд отца.

Сейчас она испытывала к нему благодарность за то, что он решил поселиться не в ее маленьком доме, а вместе с офицерами.

Вечером он проводил ее домой. Как только дверь за ними закрылась, генерал наконец дал волю чувствам. Райза в первый раз услышала, как он кричит.

– Как ты могла! Вышла замуж за этого дикаря, за это морское чудовище! Да его все называют дьяволом!

– Отец, он всего-навсего мужчина. Двоюродный брат Йена.

– Как ты могла выйти за него замуж!

– Мне казалось, это то, чего бы и ты хотел… при сложившихся обстоятельствах.

– Я не хотел этих обстоятельств! – Он побагровел. Его трясло от ярости. Он упал в кресло перед камином. – Райза, ты ведь говорила, что это ложь… о том, что он… что тебя…

– Папа, меня никто не насиловал.

– О Боже! Я думал, что вырастил порядочную благовоспитанную девушку. Да тебе даже это слово знать не полагается!

– Прошу тебя, отец…

– То есть ты хочешь сказать… что совершенно сознательно… сознательно… вступила в интимные отношения с этим мятежником?! – Неожиданно он замолчал. Райза поняла, что отец потрясен до глубины души. Он развел руками. – Но почему, почему? Я не могу понять… Как это случилось?

– Ну… в общем…

– Постой-постой! Не надо! Не хочу ничего слышать. Мне проще поверить в то, что он тебя принудил, заставил силой. Не могу себе представить, чтобы ты потеряла голову настолько… чтобы ты влюбилась в человека, который тебя похитил… жестоко с тобой обращался…

– Папа, подожди! Он не обращался со мной жестоко. И он, можно сказать, меня не похищал. Я оказалась на вражеской территории. И я случайно узнала о его планах. Я же ваша дочь, генерал, и, кроме того, юнионистка до мозга костей. Ему не оставалось ничего иного, только взять меня с собой на корабль. У него не было выбора.

– А как насчет того, чтобы… У него тоже не было выбора? О Господи! Ты же моя дочь, Райза! Моя любимая дочь! Неужели ты не понимаешь, как мне больно сознавать, что любой мужчина мог причинить тебе…

Райза опустилась на колени рядом с его креслом. Взяла его руки.

– Ты мой отец. Я тебя обожаю. Клянусь, никто меня не использовал. Никто не причинял мне вреда. Я сама не хотела… того, что произошло, но… я не знаю, как это объяснить… Видишь ли… война нас многого лишила… Я даже не знала, будет ли у меня когда-нибудь возможность… Конечно, надо было как следует подумать. Но я этого не сделала, и вот чем все кончилось. Еще раз клянусь, никто меня ни к чему не принуждал. Никто меня не обесчестил. И он не чудовище. Просто мятежник. – Она попыталась улыбнуться. – Теперь моя фамилия Маккензи.