– Можно тебя?

Она робко кивнула и положила мне руку на плечо. После первых же па я почувствовал, что она не только легко ходит. И, уже не осторожничая, решительно повел ее.

– Где училась?

– В "эрдэка", – ответила она, поняв. И поправилась: – В районном доме культуры. У нас там танцевальный кружок.

– И он тоже? – кивнул я в сторону крепыша, который двигался слишком уверенно для сельского увальня.

– Виталик? – улыбнулась она. – Он у нас первый танцор. Он даже лезгинку может.

– А пляску святого Витта?

Она нахмурилась.

– Ты к нему не приставай. Он в спецназе служил. У него даже краповый берет есть.

– Да ну?

– Аким, не надо! – жалобно попросила она.

– Откуда ты знаешь, как меня зовут?

– Знаю, – уже знакомым мне тоном ответила она.

– Ты, посмотрю, вообще знаешь очень много. Тогда скажи: отчего умерли Ульяна и Онисим? Никаких эпидемий в то время не было – проверено, а тут двое молодых, здоровых… Откуда ты вообще знаешь их историю?

Она опустила взгляд.

– Не скажу.

– Почему?

– Потому что ты сейчас злой.

– Я очень добрый.

– Ты злой. Пусти! – она уперлась ладонями мне в грудь. – Мне надо работать!

Она убежала, а я остался стоять у стены, наблюдая за танцующей парой. Наконец, музыка кончилась, Маргарита что-то сказала крепышу, они оба засмеялись. Я сглотнул. Маргарита взглянула на часы, оглянулась и пошла к дверям. Крепыш двинулся в другую сторону. Я остановил его на полпути.

– Говорят, вы не только хорошо танцуете?

Он недоуменно смотрел на меня.

– Когда вас учили танцевать, объясняли, что женщину, которая пришла в ресторан с мужчиной, можно пригласить только с разрешения ее спутника?

– Так она не возражала! – удивился он.

– Зато я возражаю.

Он пожал плечами. Лучше бы он дал мне оплеуху.

– Слушай, танцор лезгинки!..

– Пойдем!

Он повернулся и пошел к выходу. Я двинулся следом. В скверике за гостиницей тускло горели два фонаря. Скудно, но хватит. Он снял пиджак, галстук, аккуратно сложил их на лавочку. Я был в джемпере и ничего снимать не стал. Он принял боксерскую стойку и я тоже. Правильно. Не шантрапа, чтобы ногами махать.

У крапового берета оказались пудовые кулаки – он хватил меня в бок так, что ребра затрещали. Но больше ему это не удалось. Руки у меня были длиннее. И свой положенный по закону год армейской службы я прошел в десантно-штурмовой бригаде… Он упал и вскочил, как ванька-встанька, упал и снова вскочил. После третьего пропущенного удара уже не поднялся. С трудом сел и сплюнул.

– Черт длиннорукий…

Странно, но в голосе его не было злобы.

– Отдыхай!

Я повернулся и пошел к гостинице. Вечер со всеми выпестованными в мечтах планами провалился к чертовой матери, болел ушибленный бок и разбитые о каменное лицо крапового берета костяшки пальцев, но мне было все равно. Совсем…

– Эй, гусар!

Я остановился. Из тени дерева вышла Маргарита.

– Ты?..

– Следом побежала. Евдокия сказала, что тебя повели бить, вот я… Она так и заявила: "Сейчас Виталик ему все кости переломает". Кажется, она не слишком огорчилась.

– А ты?

– Как видишь, – она повернула меня к свету и внимательно оглядела. – Кости целы, кожа тоже. Зря я. Квалификацию потеряла – уже и не помню, когда из-за меня дрались. А где Виталий?

– Там, – кивнул я в глубину темного сквера. – Отдыхает.

Лицо ее вытянулось, и я добавил:

– Цел он. Пара синяков. Посидит еще пару минут и придет.

– Гусар! – покрутила она головой. – Ноздрин-Галицкий… И потанцевать, и подраться, и чемоданчик даме поднести… Осталось только спасти женщину от верной смерти. Пойдем, погуляем! – она взяла меня под руку. – Вечер чудесный, а одна я боюсь.

Я ошеломленно пошел рядом – эти перепады ее настроения сбивали с толку. Возле ресторана остановился.

– Мне надо расплатиться.

– Уже!

Мне будто снова оплеуху дали.

– Ладно, ладно! – погладила она меня по руке. – Я не знала. Вернулась в зал, а тебя нет. Подумала: сбежал от обиды. Дуня твоя сначала деньги взяла, а потом все сказала. Вредная девка! И как ты на такую глаз положил?..

– Да я на нее!.. – я еле сдержался. – Малолетка! Ей шестнадцати нет.

– Девятнадцать. Студентка второго курса педагогического университета, будущий преподаватель истории. Твоя будущая коллега. Я у Виталия, пока танцевали, все выспросила. Дуня, кстати, в ресторане не работает, подменяет подругу – невесту Виталика. Та попросила. А сам Виталик приходится Дуне двоюродным братом, сегодня день рождения его невесты. Извинился, что пригласил, сказал, что ему очень понравилось, как мы с тобой танцевали, а невеста так стесняется. Вот он и решил ей показать, как надо. Показал, словом…