Выскочив из машины, он чуть не наступил на Михеева, неподвижно лежащего на дороге вверх лицом рядом с джипом.

Вывернув из его руки судорожно зажатый «Макаров», Круглов быстро обыскал его, но другого оружия у него не было.

«Хорошо, что я не переехал его, теперь допросить можно, – подумал он, направляя луч фонарика на лицо Михеева, но, глядя, как между губ того вспухают и лопаются черные кровавые пузыри, понял: – Не жилец, ну и черт с ним!»

Разогнувшись, Круглов повернулся к машине Степанцова.

Тот сидел за рулем, навалившись на него грудью.

Круглов распахнул дверцу и тронул его за плечо:

– Вася, ты ранен?

– Нет… – подняв голову, ответил Степанцов, потерянно глядя на Круглова. – Я сам, кажется, убил его…

– Э-э, майор, ты чего это раскис? Ну-ка, прекрати! – потряс его за плечо Круглов. – Ты выполнял приказ. Возьми себя в руки, нам еще остальных нужно найти…

Он отошел от машины и, склонившись опять над Михеевым, решил переложить его к краю дороги, поскольку возиться с ним было некогда, можно было упустить золото.

– Степанцов, давай сюда! – позвал Круглов.

Степанцов вылез из машины и направился на его зов, но, увидев залитые кровью лицо и грудь Михеева, отскочил от него и, сгибаясь в приступе рвоты, побежал к снежному валу на обочине дороги.

«Не майор, а беременная гимназистка!» – с раздражением подумал Круглов, глядя ему вслед.

Взяв под мышки Михеева, он сам отволок его в сторону, а потом повернулся к сидящему на снегу Степанцову.

– Михеев доходит, – сказал он. – Давай, поднимайся, пора искать Гуреева, пока у нас тут война не началась.

– Я не могу, товарищ подполковник, – глухо сказал Степанцов.

– Что значит: «не могу»?! – угрожающе надвигаясь на него, прорычал Круглов. – Тебя, майор, что, в бирюльки играть сюда пригласили?! Тебе охрану государственного объекта доверили!

– Одно дело охранять, а другое – убивать! – истерично выкрикнул Степанцов, отползая от Круглова. – А я не могу, не хочу убивать людей!

– Ах ты, пидор гнойный, «хочу», «не хочу»! – взорвался Круглов и изо всех сил саданул Степанцова по голове «Стечкиным». – Я тебе покажу, как родину-мать любить!

Степанцов рухнул навзничь в снег.

«Гад! Зараза! – никак не мог успокоиться Круглов, засовывая обмякшее тело Степанцова обратно в его уазик. – Придется теперь одному искать Гуреева! Замочу всех к чертям собачьим, но не дам им сорвать мой отъезд… Снег еще этот, падлюка, сыпет!»

Чувствуя, как в нем закипает звериная ярость, Круглов направился к своей машине, но потом, передумав, открыл дверцу и забрался за руль гуреевского джипа. Лихо развернув его, он поехал в сторону распадка, надеясь, что если Гуреев с Поздюшиным где-нибудь засели, они подумают, что это возвращается Михеев.

Внимательно поглядывая по сторонам, он проехал почти до самого конца зимника, но никого не встретил.

Когда же перед ним засветились тусклые огоньки окружной дороги, за которой виднелась вышка № 2 с прожектором наверху, Круглов выключил фары и медленно поехал вперед. Мотор, работая на малых оборотах, едва слышно урчал, но, решив не рисковать, Круглов остановился, не доезжая до темной ажурной конструкции вышки метров триста, и прячась за снежным валом, пошел пешком.

Осторожно выглянув из-за сугроба, Круглов насторожился: прожектор на вышке почему-то светил в одном положении куда-то в распадок, а с внешней стороны колючего забора висела веревочная лестница.

«Мать твою так, значит и Кольцов с ними заодно! – выругался про себя Круглов. – Прямо банда под носом, а я ничего не знал… что же делать?»

Можно было, конечно, все спустить на тормозах, пусть потом бы разбирались уже без него, но сзади оставался Степанцов, который не станет скрывать факты подозрительных телодвижений Гуреева. Значит, либо ему нужно рот затыкать, либо Гуреева с его кодлой брать…

Времени на раздумье не было.

«Черт бы все побрал! Придется попытаться их взять с поличным, – принял решение Круглов. – Хоть выполню задание руководства…»

Понаблюдав за вышкой и увидев, что охранник, вероятно, надеявшийся на прикрытие Михеева, застыл у пулемета, не обращая внимания на то, что творится у него позади, Круглов перебежал дорогу, и броском закинув тело на столб, подтянулся вверх, цепляясь за изоляторы, на которых была натянута колючая проволока.

Затаившись за спиной Кольцова, он неслышно вытащил из рукава нож, и одним прыжком преодолев отделявшее их расстояние, резким взмахом перерезал охраннику горло. Тот даже не вскрикнул.