— Да. В чем дело? — коротко сказал он.

— Несколько минут назад я услышал подозрительный шум и зашел проверить, что случилось. Какой-то человек потерял сознание возле вашей машины.

Ну да, машина. На ветровом стекле была табличка с надписью «Доктор», избавлявшая его от хлопот на стоянке у клиники. Макс вздохнул.

— Судя по всему, бродяга, — продолжал полицейский. — Кажется, он серьезно болен.

Бродяга… Макс хмыкнул и отступил от двери.

— Подождите, сейчас возьму плащ и надену что-нибудь на ноги, — сказал он. — Занесем его в дом и вызовем неотложную.

— Благодарю вас, сэр. Но у него просто обморок — вряд ли он повредил что-нибудь. Если позволите, я, наверное, внесу его сам. А вы только неотложную вызовите, и все.

— Ну… — замялся Макс. Он провел рукой по лицу. — Если вы думаете, что справитесь…

— Конечно, благодарю вас, сэр. Там нести нечего — кожа да кости.

— Ну, хорошо.

Констэбль направился к открытому гаражу, расположенному возле дома, а Макс вернулся в прихожую и снял трубку. Он набрал 999 и, дождавшись ответа, попросил неотложную по своему адресу.

Он уже положил трубку, когда на лестнице показалась Диана. Придерживая халат одной рукой, она перегнулась через перила и спросила встревоженным голосом:

— Что там, Макс?

— Полисмен. — Он отбросил упавшие на глаза волосы. — Какой-то бродяга упал в обморок возле нашего гаража. Ты иди спать, дорогая. Я уже вызвал неотложную, мы сейчас только занесем его в дом до их приезда.

Она застегнула халат и начала спускаться по лестнице.

— Не пойду спать, — сказала она устало. — Все равно не усну. Меня очень беспокоят эти твои кошмары. Макс, неужели нельзя как-нибудь избавиться от них?

— Я… подумаю. Подумаю.

Он произнес эти пустые, ничего не значащие слова, и у него сделалось сухо во рту.

— Пожалуйста, Макс. Пожалуйста, сделай что-нибудь, а то ты только обещаешь.

Она спустилась по лестнице, взяла его старый плащ, который он бросил на перила, и отнесла на диван.

— Положим на него бродягу, — добавила она, расправляя плащ.

— Вот он, сэр.

Макс вздрогнул, услышав голос полицейского, и резко повернулся. Тот стоял на пороге, перекинув бродягу, как пожарник, через плечо.

— Давайте его сюда, констэбль, — сказал Макс. — Я уже вызвал неотложную.

Он посторонился, пропуская полисмена в гостиную.

Как только бродягу положили на диван, Макс быстро осмотрел его. Констэбль не преувеличивал. Действительно, только кожа да кости. Не часто приходилось Максу видеть людей в столь изможденном состоянии. Руки и ноги бродяги были не толще черенка трубки, кожа на руках посинела от холода. И не удивительно: весь его наряд составляли ветхий замусоленный дождевик да потрескавшиеся резиновые сапоги.

Странно. Макс всегда думал, что бродяги, остерегаясь выбрасывать одежду, носят любую вещь до тех пор, пока она не превратится в лохмотья, и поэтому всегда закутаны целыми слоями тряпья. Он нахмурился.

Санная Диана сидела в кресле напротив, безучастно глядя прямо перед собой, констэбль расхаживал около дивана. Макс еще раз проверил свои наблюдения.

— Что с ним, сэр? — спросил, наконец, полисмен. — Истощение, да?

— Пока трудно сказать.

Макс осторожно ощупал вздувшийся тыквой живот бродяги, заглянул в рот, отметив жалкое состояние зубов. На деснах и в провалах на месте выпавших зубов сохранились остатки пищи, некоторые из них явно свежие, но в основном, уже тронутые разложением. Изо рта шел тошнотворный запах. Кожа слегка отдавала желтизной; впрочем, он был так грязен, что судить о ее природном цвете было невозможно. Щеки и подбородок покрывала жесткая борода, длинные волосы слиплись от грязи, череп был усеян проплешинами.

Макс набрал в грудь воздуху побольше. Его руки дрожали (не каждый день в жизни выпадает такой случай — один из миллиона), когда он большими пальцами приподнял веки бродяги и посмотрел на неподвижные белки. Их покрывал отвратительный гнойно-зеленый налет.

— Не может быть… — вырвалось у него.

— Что не может быть? — унылым голосом переспросила Диана.

Макс вовремя сдержался. Лучше не упоминать, что из всех известных болезней бродяга страдает именно этой.

— Э-э… да так, ничего, дорогая. Кажется, у него очень редкое заболевание. Хотя, пока трудно сказать.

За дверью послышался звук подъехавшего автомобиля. Диана вскочила.

— Это, наверное, неотложная. Я им открою.

В эту ночь Макса ожидал еще один сюрприз, более приятный: когда санитары с носилками вошли в дом, он узнал их — они были из его клиники. Коротко поздоровавшись с Максом, они стали укладывать бродягу на носилки.

Решившись, Макс подошел к бюро.

— Джонс, кто дежурит сегодня? — спросил он у санитара, который стоял к нему поближе.

— Доктор Фолкнер, сэр, — ответил тот через плечо.