В тот же день, несколько позже, когда в библиотеке стало еще жарче…

– Заголовок, – внезапно сказал Джонатон.

– Что? – Фиона не сразу оторвала глаза от листа бумаги. Казалось, что она все еще находится под впечатлением от написанного.

При других обстоятельствах Джонатон ни за что не прервал бы работу, но бог Лета в этот момент вел ожесточенную баталию, чтобы овладеть сентябрем, и Джонатон попытался сохранить сосредоточенность посреди кипящих на страницах страстей, а не думать о том, как накаляется обстановка в библиотеке.

– Нам нужен броский заголовок, – повторил он, и в его голосе послышалась озабоченность. – Когда мы говорим об алчном взоре бога Лета, эпитет «алчный» вполне уместен.

Еще бы, подумал Джонатон, ведь взгляд бога устремлен на обольстительно длинные ноги нимфы. Вероятно, столь же длинные ноги у Фионы, а насколько обольстительны они могут быть, и какие ощущения он мог бы испытать, если бы они обвились вокруг него, об этом лучше вообще не вспоминать.

Маркиз украдкой вздохнул.

– И все же мы до сих пор не придумали названия. Что-то звучащее много эффектнее, чем просто «Книга рисунков Фионы».

Фиона удивилась:

– «Книга рисунков Фионы»?

– Впрочем, это тоже кажется весьма уместным. Эта книга должна определить вашу судьбу, не так ли?

Легкая улыбка тронула уголки ее губ.

– Как мило…

– Я вообще милый человек. – Маркиз пожал плечами так, словно удовольствие, которое она испытала, услышав возможное название книги, для него мало что значило. – Кроме того, у вас красивое имя; оно означает, насколько я понимаю, «прекрасная» и очень вам подходит.

– В самом деле? – Фиона притворно нахмурилась и, как бы поддразнивая его, попыталась уточнить: – А может, оно означает «чрезвычайно бледная»?

– Нет, «прекрасная», – сердито возразил Джонатон.

Обыкновенная женщина упала бы к его ногам за такой комплимент и, конечно же, не заставила бы автора комплимента чувствовать себя неуклюжим школьником. Но может, тут сыграл роль тот факт, что он в течение долгого времени придумывает фразы эротического содержания, чтобы объяснить рисунки, которые, невзирая на то, что говорят о них другие, изображают пикантные моменты? При этом он находится в компании женщины, которая красива, привлекательна и умна; она хочет стать его другом, даже женой, но пока находится где-то посередине, и этого вполне достаточно, чтобы свести любого мужчину с ума.

Маркиз наклонился над столом и зашуршал страницами, которые они написали, стараясь не замечать, насколько близко находится к ней. Достаточно легкого усилия – и он коснется губами ее губ…

Увы, он не должен забывать, что за это можно получить смачную пощечину. А все из-за дурацкой договоренности о том, что они не будут целоваться. Хотя в этом есть резон: кто знает, куда может завести их один невинный поцелуй?

Отыскав нужную страницу, Джонатон стал читать текст вслух, ритмично постукивая пальцем по столу:

– «Прекрасная нимфа молча стояла перед ним».

Фиона подавила улыбку.

– Ах, как это увлекательно!

– Да, и не только в книге. «Вы прекрасны, вы исключительно привлекательны, и любой мужчина почел бы за счастье обладать вами».

«Даже я». Эта мысль пришла в голову Джонатона неизвестно откуда, и он поспешил отбросить ее.

– Любой мужчина?

– Да. – Маркиз сцепил руки за спиной и зашагал по комнате, надеясь вскоре положить конец дискуссии. Лучше всего не обсуждать столь деликатные вопросы, которые выпадают из сферы того, что называется дружбой.

Беда только в том, что он никогда не хотел друга противоположного пола, даже в лице Джудит, до такой степени, как хотел Фиону.

– Ну-с, вернемся к заголовку.

– Мне нравится «Книга рисунков Фионы», – с улыбкой сказала она.

– Мне тоже, но это нарушает принцип анонимности. Джонатон продолжал, по своему обыкновению, шагать, поскольку это помогало ему думать, но думал он на этот раз о Фионе. Разумеется, это было неправильно, но он ничего не мог с собой поделать.

– В таком случае нам следует изменить название. – Фиона с невинным видом посмотрела на маркиза: – Что, если мы назовем ее «Книга Джонатона»?

Маркиз бросил на нее сердитый взгляд, и Фиона поспешила подавить улыбку.

– Простите, я не подумала, что вам это может не понравиться.

Маркиз выразительно вздохнул.

– Поскольку история пишется в духе мифа или легенды, мы могли бы использовать в заглавии любое слово.

– «Миф Джонатона»?

Он резко остановился и сердито посмотрел на Фиону:

– Будьте серьезны, мисс Фэрчайлд! Нам предстоит многое сделать сегодня, и вопрос о заголовке тоже очень серьезный.