– Двадцать процентов? Это же грабеж! Даже в банке можно получить под четырнадцать процентов!

– Чего же ты не получаешь в банке? Может быть, у тебя нет гарантов? Или недвижимости? Так вот, в договоре будет пункт, что в случае невозвращения долга аппарат и все прочее принадлежит мне.

В этот миг Владлен Среброкамень испытывал к отцу такие же нежные чувства, какие обычно питала Жанна. И пожелание старому бандиту не отличалось от обычного Жанниного "чтоб ты подох в ту же секунду".

Рассказ о предложении отца привел Жанну в неистовство:

– У-у, жидюга проклятый! В синагогу ходит? В убийствах раскаивается? А ростовщиком быть не грех? В каждом жиде сидит ростовщик и ворюга!

Очередная порция ненависти, выплеснувшаяся из жены, только слегка задела Владлена Среброкаменя. Он лично не ростовщик и даже, в отличие от Жанны, не ворюга. Правда, он не работал в универмаге.

Эта мысль бесшумно проехала по дальней периферии сознания. И вообще, какое отношение он имеет к евреям? Ну, стал на некоторое время, воспользовавшись еврейством, как средством транспорта. И хватит. Даже с русским прошлым пора кончать. Солидному предпринимателю ни к чему идиотское имя Владлен. Надо же такое – сократить Владимир Ленин! А что это за фамилия – Среброкамень? Бред какой-то!

Еще до того, как дать ответ отцу, уже Уильям Силверстоун обратился к десятку врачей и обнаружил их заинтересованность в исследованиях пациентов, можно сказать, собственным компьютертомографом. Затем Уильям Силверстоун поехал в компанию, выпускающую аппараты, и выяснил возможность создания передвижной лаборатории. Идея настолько заинтересовала компанию, что мистеру Силверстоуну тут же предложили должность агента с приличным годовым доходом. Но мистер Силверстоун деликатно отказался, предпочитая оставаться частным предпринимателем. Компания согласилась продать аппарат в рассрочку на очень выгодных условиях.

Владлен Среброкамень не одолел премудрости стереометрии, поэтому был никудышным рентгенологом. Но Уильям Силверстоун в который раз подтвердил, что четырьмя действиями арифметики владеет вполне. К тому же, как известно, у него был карманный калькулятор, с помощью которого он произвел соответствующие подсчеты.

При отличных американских дорогах в течение дня он может обслужить по меньшей мере пять пунктов. Даже если в каждом будет только один врач, у которого в течение месяца не наберется более десяти пациентов, это пятьдесят исследований в день. Бензин, пленки, другие расходы. Чистым это дает минимум двести тысяч в год. Лабораторию можно выкупить за четыре года. Но зачем? Лучше продолжать платить в рассрочку. Только со старым бандитом придется рассчитаться при первой возможности.

Мистер Силверстоун открыл новую страницу в истории здравоохранения Соединенных Штатов Америки. Он стал первым владельцем передвижной лаборатории для компьютертомографии. Будущее их Светланы было обеспечено.

Жанна вела дела в офисе. Лабораторию обслуживал отличный врач-рентгенолог. Мистер Силверстоун испытывал двойное удовлетворение, наняв такого работника. Во-первых, приятно было сознавать, что видный московский рентгенолог, без труда сдавший экзамен на лайсенс американского врача, работает на него, презираемого этими образованными умниками. Во-вторых, дипломированный лопух попал в его ловушку, подписав договор на пять лет.

Через восемь месяцев Уильям Силверстоун расширил дело. В компании "СиТиСкен Икзэминэйшн" появилась еще одна лаборатория и еще один врач, опытный специалист, правда, с подмоченной репутацией. Он только что вышел из тюрьмы, в которой отсидел три года из полученных пяти за какие-то не то сексуальные поползновения, не то связи с малолетними. Мистеру Силверстоуну было наплевать на его прошлое. Главное, что в настоящем он был готов работать за такие же деньги, за какие работал москвич.

Семья Силверстоунов переехала в благоустроенный собственный дом в респектабельном районе. Светлану перевели в престижную школу. Но и там, к сожалению, в одном классе с дочкой учились негры. Не такое число, как раньше, но много ли дегтя надо, чтобы испортить бочку с медом?

Уже совсем непостижимо, просто рок какой-то, через три недели после того, как они въехали в новый дом, рядом с ними, тоже в новом доме поселилась негритянская семья. Будь это белые люди, Силверстоунам не мешало бы даже то, что соседская девочка, ровесница Светланы, целыми днями играет на рояле.

Агент по недвижимости, который продал Силверстоунам дом, сказал, что новый сосед, доктор Джонсон, видный торакальный хирург. Вполне возможно. Но они желали общаться только с англосаксами, как и подобает истинным представителям нордической расы.

Даже в продолжающей разрастаться компании "СиТиСкен Икзэминэйшн", распространившейся далеко за пределами их штата, соблюдался этот принцип. Что касается их соседа… Силверстоуны надеялись в будущем купить особняк в таком районе, в котором у них не будет никаких огорчений.