— Рободом начал слушаться Макса Громова еще до того, как произошла официальная смена владельца, — сказал я. — Вам это не кажется странным?

— В самом деле? — лицо шефа Интерпола все равно осталось бесстрастным. — И что это значит? Я бы с удовольствием присоединился к вашим маневрам против Хоффмана, если бы вы хоть что-нибудь рассказали!

— Понимаю вашу иронию, — я улыбнулся, — но проблема в том, что мы сами еще толком не разобрались в ситуации. Произошло нечто глобальное. Настолько большое, что мы не можем понять этого сразу. Поэтому пока просто наблюдаем.

— И наша единственная задача — обеспечить полную безопасность Громову, — добавил Буллиган. — Вы с нами?

Фаворский прищурился, потом вздохнул. Первый раз я увидел на его лице далекий отголосок эмоции. Нечто похожее на разочарование.

— Хорошо. Я понимаю. У вас есть все основания думать, что я действую по заданию Алекса, — сказал он. — Надеюсь, некоторые усилия с моей стороны, дабы убедить вас, что мы союзники, будут более весомым аргументом, чем просто слова. Я не стану сообщать Хоффману о том, что Громов в прошлом хакер.

— Я тебе доверяю, Яков, — перебил его Буллиган. — Доктор Павлов сказал правду. Ни я, ни доктор Синклер, никто на свете пока не может понять, что именно сделал этот мальчик и на что он способен в будущем. Все, что мы делаем, — это… В общем, я просто уверен, что Алексу не нравится Громов, и хочу защитить парня. Хотя бы из чувства благодарности. Как-никак, но он рисковал жизнью, чтобы нас всех спасти. Ты, конечно, можешь считать меня старым сентиментальным дураком.

Фаворский внимательно смотрел на Буллигана, который вытирал шею платком.

Я добавил:

— Громова нельзя злить. Если хайтек-пространство станет враждебным по отношению к нему, это закончится очень большими неприятностями для нас всех.

Фаворский прикусил губы, потом сказал:

— Ну, пока что это не так. «Кор» открыла игровой портал «Максимус Гром», посвященный «спасителю». Для большей части хайтек-граждан он супергерой, несмотря на обвинение ICA.

— Слышите? — Буллиган обратился ко мне. — Обязательно обратите внимание Громова на этот портал. Скажите, что он уже легенда. Уверен, ему будет приятно.

— Сомневаюсь… — пробормотал я. — Потрясение, пережитое им в суде, еще слишком свежо, чтобы он мог воспринимать ситуацию объективно.

— Я, конечно, не могу вам советовать, но мне кажется, в его голову надо вложить мысль о том, что мир состоит не только из уродов, инициировавших эту травлю, но из множества хороших людей, которые по-настоящему благодарны Громову…

— При всем уважении, мистер Буллиган, но даже первокурсник Элизиума с вами аргументированно не согласится, — жестко сказал я. — Люди ходят на портал этой игры не для того, чтобы выразить благодарность реальному Громову, а чтобы самим, хотя бы виртуально, побыть Громовым, которому положена благодарность… Игра виртуальна, но впечатления, которые она оставляет, вполне реальные. Игроки уходят с чувством, что они гении и герои, равные ему, а значит, необходимость платить Максу за его изобретение начнет казаться им все более и более раздражающей. Боюсь, последствия запуска этого портала, которые наступят через несколько месяцев, Громова совсем не обрадуют.

16 сентября 2054 года, 09:18:21

Штаб-квартира Бюро

информационной безопасности,

архив

Буллиган отправил Роджера Ли вместе с Идзуми в один из «кабинетов для ознакомления с информацией», которыми был оборудовал архив Бюро.

Это была малюсенькая волнонепроницаемая комната с изолированными от внешней Сети компьютерами. Вынести, скопировать или передать информацию из этого кабинета было невозможно. По крайней мере, до сих пор никому не удавалось.

Напарники сидели лицом друг к другу, уткнувшись каждый в свой монитор. Их разделял огромный прямоугольный, заваленный контейнерами для оптиков стол.

Роджер и Идзуми составляли общий протокол информации об Алексе Хоффмане. Каждый вставлял в него что-то казавшееся ему важным для расследования. В течение нескольких часов напарники обменялись всего парой фраз, да и то не относящихся к делу. Когда Идзуми вытащил пачку сигарет, Роджер сердито заметил:

— Здесь запрещается курить.

— Да, а кто увидит? Это же специальная противошпионская конура, — сердито сказал инспектор. — Здесь камер нет.

— Я увижу, — отчеканил Роджер. — Пожалуйста, если хотите курить, сдайте магнитную карту дежурному и поднимитесь на крышу, в специальную секцию для курения на открытом воздухе, где ваша вредная привычка не сможет причинить вреда никому, кроме вас самого.

Идзуми посмотрел на Роджера так, будто тот лишил его последней затяжки перед казнью. Потом сунул сигареты обратно в карман плаща и уткнулся в монитор.

Инспектор просматривал отчеты, составленные десятками агентов, и заключения, выданные лучшими личностными аналитиками. Буллиган предупредил и Роджера, и Идзуми: