— Что поняли? — Макс с трудом поборол приступ раздражения, которое в последнее время накрывало его все чаще.

— Они считают, что ты поступил эгоистично, уехав на несколько дней, в условиях, когда до игр остаются считанные недели, — пояснил Инферно.

— Я под судом. Мне надо бегать по восемь часов в день, чтобы привести себя в порядок, — ответил Макс. — Извините, что доставляю неудобства.

Тайни растерянно посмотрел на Чарли, ожидая его реакции. Чарли посмотрел на Дэз.

Кемпински тихим ровным голосом проговорила:

— Давайте тренироваться.

Громов почувствовал себя так, будто у него из-под ног выдернули половик и он с размаху грохнулся на задницу.

Инферно легко взбежал по ступенькам.

— Идемте, я подготовил «Кор». Начнем с подробного анализа арен, потом перейдем к стратегии, — он остановился в дверях. — Правила арен все знают? Через нейролингву грузить не надо?

— Мне нельзя подключаться к нейролингве еще две недели, — сказал Макс.

— Хм… — Инферно почесал бровь. — Тогда мне будет довольно сложно объяснить тебе, что есть Путь… Ладно, что-нибудь придумаем. Идем!

Макс пошел за ним. Следом плелся Тайни. Чарли и Дэз чуть отстали. Боковым зрением Макс заметил, что Спаркл идет так близко от Кемпински, что то и дело касается ее руки.

На сей раз приступ раздражения был таким сильным, что у Громова потемнело в глазах. Он пошел быстрее, нагнал Инферно.

— Что-то хочешь спросить? — поинтересовался тот.

— Да… Как по-твоему, я смогу готовиться к играм, не загружаясь в Сеть?

— Я верю, что ты сможешь все, — мягко заметил Инферно, — но ты будешь первым, кто готовится к Сетевой Олимпиаде вне Сети. Кстати, поздравляю, портал имени тебя стал самым посещаемым, — сообщил ему Инферно.

— Имени меня? — переспросил Громов.

— Ты что, ничего не знаешь? — изумился Инферно. — «Максимус Гром»!

— Нет, — Макс слегка оторопел. — А что там?

— Тебе лучше взглянуть самому. Можно без полного подключения. В обычном, двухмерном интерфейсе, — Инферно странно посмотрел на Громова.

— Я… Я не подключался к Сети с того момента, как… — Макс замялся.

— Убил Джокера? — уточнил Инферно. — Не мучай себя. Кто-то должен был это сделать. Выбора не было. Джокер перестал быть собой, как только применил омега-вирус. Честно говоря, я бы задал пару вопросов Хьюго… Если бы знал, как с ним связаться.

— А Дэз? Она тоже считает, что у меня не было выбора? — перебил его Громов.

Инферно обернулся. Подумал и не стал отвечать на вопрос.

— Кстати, мы пришли, — обратился он ко всем остальным. — Я установил мониторы. Игры лучше смотреть в двухмерном виде со стоп-кадром. Так проще их анализировать.

18 сентября 2054 года, 11:32:12

Северо-Африканская промышленная зона

Либерийский морской порт

Корпорация Brain Gate, согласно документам, находилась в Либерийской промышленной зоне. Более странного места для научно-исследовательского центра представить невозможно.

Либерия — это нескончаемая череда строительных и ремонтных площадок, сухих и плавучих доков, где день и ночь собирают новые суда, чинят старые, штампуют детали из вторичного сырья, нелегально заряжают атомные батареи для наутилусов от старых, давным-давно выработавших свой срок реакторов, снятых с трофейных атомных подводных лодок и атомоходов, принадлежавших лотек-коалиции. Самый охраняемый объект в Либерии — судостроительный завод военной корпорации «Микадо», где делают подводные крейсеры — наутилусы — и надводные штурмовые корабли.

Большую часть года в этой местности палит солнце и стоит сорока-пятидесятиградусная жара. Они ненадолго сменяются штормовым ветром и ночным пронизывающим холодом. С искусственных болот, резервуаров для брожения кварцевого топлива и насыщения его солнечной энергией, летят тучи кровососов, превращающих и без того нелегкую жизнь рабочих в настоящий ад.

Москиты от долгого житья в химически-активной среде мутировали и превратились в ядовитых тварей с такой кислотностью тканей, что прихлопнувший комарика рисковал получить серьезный ожог.