Шрифт:
Жалкий, ничтожный человек!
– Хью!
Он резко повернулся и оказался лицом к лицу с Грэхемом.
– Это ты здесь чертыхаешься и рычишь? Что-то случилось?
– С Филиппом беда! Нужно выручить ее как можно скорее! – Он задумался, ероша и без того растрепанные волосы. – Надо бы пробраться в подвал… Эдме, можно это сделать как-нибудь незаметно?
– Разве что переодеть вас во что-нибудь неприметное. Очень уж вы бросаетесь в глаза, милорд! – Девушка виновато потупилась. – Ну и, конечно, смените лошадь.
– Отличная мысль! Я оденусь вилланом, в сермяжную хламиду с капюшоном… так… лошадь – это не проблема…
– А что делать мне? – вмешался Грэхем.
– Собери сколько можешь верных людей, вооружи их и скрытно двигайся к Холторпу.
– Будет сделано!
– Надеюсь, я сумею проникнуть в замок и в подвал, не привлекая внимания, но в одиночку мне Филиппу не вызволить. Это было бы слишком большой удачей, а на одну удачу лучше не рассчитывать. Очень надеюсь на твою помощь, старина!
Грэхем молча кивнул.
– На этот раз я не допущу ошибок, – добавил Хью решительно.
Глава 24
Дверь скрипнула, отворяясь. Филиппа вздрогнула, застонав от боли в исколотой, распухшей шее. Где она? Господи, по-прежнему в подвале! И кто-то вошел. Это не может быть Клер, потому что Эдме увезла с собой единственный ключ. Клер, должно быть, вне себя от ярости: ни ключей, ни горничной. Ее горничная далеко… в Истингеме. Она поехала передать Хью послание для лорда Ричарда…
Филиппа взялась за железную дугу ошейника, чтобы дать хоть какой-то отдых ногам. Она была безмерно благодарна Эдме за то, что руки ее были теперь свободны. Свеча давно прогорела, зажечь другую было некому, так что подвал теперь был погружен в полную темноту, лишь угли дотлевали в жаровне. Нежданный гость казался во мраке громадным – без сомнения, это был мужчина. Олдос? Нет, не может быть. Ведь ключ у Эдме!
– Филиппа? – вполголоса окликнул ее вошедший.
Девушка узнала голос Хью и поняла, что бредит. После того как служанка ушла, она была уже не в силах бороться с галлюцинациями и все чаще впадала в забытье, казавшееся даже желанным.
Когда слабо освещенная со спины огромная фигура приблизилась, Филиппе показалось, что это крепко сбитая женщина в простом деревенском платье. Но нет, это все-таки был мужчина. Виллан в сермяжном одеянии с низко надвинутым капюшоном.
– Кто вы? Что вам нужно?
Светильник вспыхнул, на мгновение ослепив ее. Вновь обретя способность видеть, Филиппа поняла: перед ней стоит Хью в одежде виллана. Но как же так? Он должен сейчас быть в Вестминстере и вместе с лордом Ричардом готовить поход на Холторп!
– Уходи! – прохрипела Филиппа. – Тебе нельзя здесь оставаться!
– Страсти Господни! Что они с тобой сделали! И все из-за меня…
– Уходи! Слышишь, ты должен немедленно уйти! Рейтары короля Людовика схватят тебя и убьют!
– Нет, это будет не так, – сказала Эдме, выходя вперед.
В одной руке она щипцами держала раскаленную проволочку, в другой – гранату, повернув ее керамической крышкой в сторону Хью. Раздался оглушительный взрыв, яркая вспышка пламени осветила подвал, затем все окутал едкий дым. Хью отбросило назад. Он упал навзничь, заливаясь кровью. Эдме покачнулась, но устояла на ногах.
– Ну вот, – удовлетворенно произнесла она. – Мы прекрасно обошлись без рейтаров Людовика. – Ее просто народный выговор почему-то исчез без следа.
Филиппа безудержно зарыдала, снова и снова повторяя имя Хью, словно это могло вернуть его к жизни. Он лежал неподвижный, головой в луже крови. Упавший рядом светильник все еще теплился.
Эдме подняла его и раздула, чтобы как следует разглядеть пустую теперь гранату.
– Отменное оружие! – констатировала она с глубоким удовлетворением.
– Как ты могла? – сквозь рыдания спросила Филиппа. – Зачем?
– Как зачем? – удивилась служанка. – Я думала, ты умнее. Могла бы и сама сообразить, раз уж слывешь образованной. – Она говорила теперь на чистейшем французском, которого не постыдилась бы и придворная дама. – Страдания способны помутить самый светлый разум, но твой и раньше не казался мне особенно острым. Сколько важных мелочей ты упустила, сколько сделала ложных выводов! К примеру, ты сочла Маргерит де Роше убийцей этого дурака Истажио лишь на том основании, что вы, нашли в его комнате черные чулки и хлыст.