Вася задумался. Потом вдруг выбросил в сторону кулак и впечатал его в полосатые обои. Роман от неожиданности подскочил на табуретке и задел рукой бутылку. Вася быстрым движением подхватил драгоценную емкость и переставил на свой край стола.

– Нализался уже. И когда успел? – неодобрительно бросил он в адрес Романа. Сам Вася крепко сидел на стуле и вид имел, как ни странно, осмысленный, даже как будто протрезвленный.

– А зачем руками машешь? – обиделся Роман.

– Ладно. Слушай. – Вася сильно мотнул головой и поморщился. – Лаборатория тут одна есть. Психфак ее формально крышует. Но на самом деле там давно уже обосновались… другие, в общем. «Лаборатория проблем управления» называется. Я там диплом писать намылился. Лаборантом пристроился, на подхвате. Там уже год идут опыты.

– Какие опыты?

– Подробности ни к чему… Знаешь, что такое наведенный психоз?

Роман хмыкнул – кто ж этого не знает.

– Это, – продолжал Вася, – эффективное средство управления. Толпой и отдельным индивидом. В основе психоза – что? Много чего, но главное – страх. В лаборатории аккумулировали на особых носителях чистый страх.

Вася помолчал, потом сказал:

– Я когда понял, в какое дерьмо вляпался, хотел уйти. Да не ушел. Интересно было… Страх – такое дело… он в хромосомах на ДНК прочно записывается. Причем сразу. Гены повредить может. Тогда у потомства будут какие-нибудь патологии… Я только не знал сначала, у кого брались эти хромосомы. Потом догадался. По фразе одной. Ты про маньяка слышал?

Роман напрягся.

– Слышал.

– От тех баб и брали. Зарезанных.

У Романа по спине побежали мурашки. Неужели его маньяк имеет и других работодателей?

– Это были хорошо разыгранные спектакли, – продолжал совершенно протрезвевший Вася. – Наверно. Для одного зрителя. Чтобы он, в смысле она хорошенько испугалась. Посмотрела в глаза смерти… Информацию с ДНК можно считать, она генерирует этот… биоволновой спектр… еще несколько часов после смерти. А потом лазером записать на носитель.

Вася умолк и долго, туманно глядел на оконные шторки.

– А что дальше? – пришибленно спросил Роман.

– Дальше? – Вася отвлекся от шторок. – Дальше будет бесперебойный генератор страха. Перпетуум хоррор. Этим страхом можно будет заряжать кого хочешь. Ценный коммерческий товар, такой приборчик. Для тихого устранения врагов и конкурентов. Прямиком в психушку. Наверно, таким же способом можно будет заряжать и абсолютным счастьем. Тогда это будет абсолютный наркотик. Тоже с психушкой в конце.

– Почему?

– Кто ж захочет вылезать из абсолютного счастья? А если не вылезать, регулярно и надолго, оно разжижает мозги…

Роман жевал губу, колеблясь: выложить ли теперь свою тайну или не стоит? Его не покидало ощущение, что все рассказанное Васей неким образом связано с его собственными похождениями.

Решился на компромисс.

– Вась, а ты случайно в этой лаборатории ни у кого не видел такое изображение?… – Он описал «шахматный» знак.

Вася с полминуты вспоминал. После чего уверенно ответил:

– Видел. У Казимира.

Роман обмяк на своей табуретке. Да, это все объясняет.

Хотя… ничего это не объясняет!

Но имя все-таки знакомое. И вряд ли случайное совпадение. Слишком редкое имя.

– Кто этот Казимир? – спросил он.

– Чирий на заднице, – ответил Вася и пояснил: – Шеф лаборатории. Почетный член Оксфордского психиатрического общества, консультирует импортных профессоров то ли двух, то ли трех клиник в Европах.

– Это такой длинный, тощий, лысый, неуклюжий?

Вася с интересом посмотрел на Романа.

– Ну да. Маленький, толстый колобок с вихрами и пошлыми манерами римского патриция. Ты, что ли, знаешь его?

Роман сник.

– Да нет, это я так. Просто.

Минуту оба молчали.

– Уеду я, – сказал вдруг Вася. Фраза прозвучала чересчур меланхолично.

– Куда?

– Домой. К своим, в деревню. Чего я тут торчу – сам не знаю. Как дерьмо в проруби.

– А как же твоя психология?

– К едреням. Пахать буду. Фермером стану. Воцерковлюсь. Жена давно говорит. Буду ходить к попу на исповедь и читать «Отче наш».

– Ну, тебе видней.

– Да не мне, – сморщился Вася. – Пятну этому. Оно на воронку похоже. Затягивает как в водоворот.

– Утонешь?

– Не, тут самая суть знаешь в чем? Думается мне все время, что будто обещано мне там чего-то, на той стороне воронки, где звезды, будто найду там что-то такое… важное. А если не пойду – останусь на бобах, пропаду ни за что. Так и буду – дураком никчемушным. Коровьей лепешкой с дипломом психа.

– Вась, а знаешь, кто это был? – Роман сделал значительное и загадочное лицо.