– Но эти акты-то, пусть они и липовые, теперь находятся в Закавказье вместе с машинами?

– Конечно. И хотя я не следователь по экономическим махинациям, но чувствую, что все эти акты предъявлялись в бакинские, ереванские автоинспекции вместе с такими же вымороченными справками-счетами. Все это удостоверяло сделку купли автомашины кавказцем, на основании чего ему выдавались подлинные номера и документы на купленный в России автомобиль. Таким образом, из военных «Антеев» на взлетно-посадочную полосу выкатывалась, теперь уже на законных основаниях, новенькая машина, готовая влиться в автопарк армянской или грузинской столицы.

– Послушай, Олег, какого черта ты там делаешь? – спросил после недолгой паузы Зубков.

– Где?

– Ну, в этой своей военной прокуратуре. Я молю Бога, чтобы тебя поскорее выгнали из рядов Вооруженных Сил, потому что в милиции не хватает грамотных следователей.

– Это комплимент?

– Считай, что так. Но я действительно взял бы тебя к себе с удовольствием.

– У вас есть Смагер. Мой друг и однокашник. И я ему дорогу перебегать не стану.

– А вот твоего Смагера я выгоню из МУРа на вполне законных основаниях. Как профессионально непригодного специалиста.

– Но это вы хватили лишнего, Владимир Иванович. Смагер – «мент» до мозга костей! Он даже семью не смог создать, потому что женился на этой самой вашей обворожительной милиции.

– Твой друг, Олег, провалил операцию, из-за чего вполне серьезно пошатнулась и моя репутация. И начальство требует возмездия.

– И вы его допустите?

– Да.

– Что грозит Игорю?

– В лучшем случае – ссылка.

– В Магадан?

– Пока в Питер. А там посмотрим.

Грек уже второй час околачивался на автомобильном рынке прибалтийского Калининграда. Прежде чем встретиться с президентом автоцентра под многообещающим названием «Европа» Сосо Бурчиладзе, который в советское время отсидел три срока за незаконные валютные операции, а теперь превратился в руководителя крупного концерна по поставке иномарок на российский рынок, Грек решил лично поинтересоваться, по какой цене продаются роскошные автомобили с большим объемом двигателя. Такие как раз и ценили в Закавказском регионе.

До встречи оставалась еще пара часов. Тем более до кафедрального собора, где располагался памятник немецкому философу Канту и где у них была назначена встреча с телохранителем Сосо, было рукой подать. Он мог проделать весь этот путь пешком за полчаса.

Так что торопиться было некуда, он прошел вдоль строя надраенных до блеска «Мерседесов» и свернул направо, где в несколько рядов были выставлены для продажи мощные внедорожники. Цены на «мерсы», «Ауди» и БМВ за последний год практически не изменились. А вот джипы, с тех пор как в России наладили свою линию по выпуску внедорожников, резко подешевели.

Он постарался сосредоточиться на ценах и стал пристально вглядываться в таблички, которые были прикреплены в углах лобовых стекол. Он хотел проанализировать, насколько снижалась стоимость машины в зависимости от года выпуска. Выходило, что внедорожник пятилетнего возраста с полным электропакетом и всякими автоматическими наворотами можно было приобрести за десять-пятнадцать тысяч долларов. Конечно, машина не включала в себя стоимость услуг по растаможке. И потому для калининградца, жителя свободной экономической зоны, приобретение такой машины не выглядело обременительным делом, в то время как для любого другого россиянина цена возрастала почти вполовину. Грек прибавил к общей стоимости и свой коммерческий интерес: цифра подобралась к тридцати тысячам. Такие деньги в Закавказье водились практически у каждого жителя, который зарабатывал на жизнь с помощью автомата Калашникова, кочуя из одной добровольческо-освободительной армии в другую.

Он остановился около синего «Форда» и заглянул внутрь салона. Кресла были отделаны синим бархатом, в приборную доску встроен бортовой компьютер, на кабине красовались полдесятка мощных фар. Он почувствовал, как кто-то потянул его за руку.

– Интересует машина, господин?

Он обернулся и увидел около себя смазливую черноглазую девчонку лет шестнадцати. Она держала руки в карманах длинной кожаной куртки, которая была расстегнута нараспашку. Супермодная кофточка с глубоким декольте практически обнажала высокую грудь и привораживала мужчин.

– А тебе-то что? – сквозь зубы спросил Грек и тут же вспомнил о своей юной балерине. И почему он не взял ее с собой? Кстати, и она была не против побывать в прибалтийском городе. С досады он набрал побольше морского воздуха в грудь и снова откровенно уставился на глубокое декольте девчонки.

– Как – что? Я вместе с папой, – склонив свою головку влево, игриво ответила она и кивнула в сторону мускулистого мужчины лет тридцати с толстой шеей, на которой сверкал огромный крест. Щурясь от солнца, он оценивающе смотрел на Грека.