Он перевел взгляд на другой, принесенный чуть ранее ящик. Тот на него не смотрел.

«Ишь, отвернулся, мерзавец!» — хихикнул шут.

Второй ящик не подавал признаков жизни.

«Странно, — подумал Шарц. — Ящик с алхимическими реактивами ведет себя так, словно я выспался, а ящик с колбами, ретортами, трубками и прочим алхимическим стеклом так, словно я не спал вдвое больше, чем на самом деле».

Он опять посмотрел на ящик с алхимическим стеклом. На сей раз ему показалось, что тот пыжится изо всех сил и не взрывается лишь из-за прочно охватывавших его веревок.

«Нет, точно спать больше нужно…»

Шарц открыл ящик с реактивами. Прочел сопровождающее его письмо. Осмотрел содержимое. Так. Все на месте. Все, как надлежит. Как заказано, так и сделано. Отлично.

Шарц перевел взгляд на ящик со стеклом и уже хотел взяться за охватывающие его веревки, когда в дверь постучали.

«Хозяин гостиницы?» — с надеждой подумал он.

«Эти?» — с отчаянием и злостью мелькнуло в голове марлецииского доктора медицины, уже предвкушавшего занимательные приключения в таинственном мире колб, реторт и пробирок.

Мгновенно насторожившийся лазутчик шагнул к двери.

— Кто там? — спросил он.

— Посыльный от господина стеклодува, — послышалось в ответ.

«Вот как? — удивился Шарц. — Не иначе, он что-то забыл в свой глазастый ящик упихать? Впрочем, быть такого не может! Марлецийские ремесленники славятся своей аккуратностью и добросовестностью не меньше, чем своими высоченными ценами. Впрочем, в Троанне, говорят, цены еще выше».

— Входите.

— Так что неладно выходит, господин алхимик, — с порога начал вошедший посыльный, в котором Шарц признал старшего ученика господина стеклодува. — Вы уж если от готового уже заказа отказываться изволите, так хотя бы неразмерный товар оплачивайте! Остальное — ладно. Другим продать можно. Но вот две колбы, две трубки и одна реторта… ведь нарочно для вас деланы! По вашим, господин алхимик, чертежам. Куда их теперь?

Шарц обомлел.

Господин стеклодув забыл, что уже прислал ящик со своим товаром? Прислал и даже деньги получил? Забыл? Вот еще! Не похож он на скорбного памятью. А значит… а значит, тот ящик, что стоит на столе, тот странный ящик, который смотрит и пыжится… этот ящик прислал не стеклодув. И деньги за товар достались невесть кому. И что там внутри — одному Богу известно. Хотя предположить, конечно, можно.

«Хорошо, что я веревки развязать не успел!» «Картина, значит, такая выходит, — думалось Шарцу. — Кто-то от моего имени отправил посыльного господину стеклодуву и отказался от необходимого мне оборудования. А вместо него… вместо него прислал что-то другое. Да еще и денег на этом заработал, зараза! Ящик для товара они, видать, у самого стеклодува и утащили, сволочи. Так. Очень хорошо. Ящик, значит, с секретом. И что теперь?»

— Так как решать будем, господин алхимик? — вновь подал голос ученик господина стеклодува.

«Придется малость повалять дурака! — решил Шарц. — Шут, где ты?»

«Да здесь я, здесь…»

«Выручай, давай! На тебя вся надежда! Нам этот ящик со стеклом знаешь как нужен? И не только нам, сам понимаешь».

«Да ладно, трудно мне, что ли?» — усмехнулся шут, надевая невидимый колпак с бубенцами.

Он тряхнул головой, и бубенцы издали неслышный призрачный звон.

— Я опять передумал, — с глубокомысленным видом покивал Шарц, обращаясь к ученику стеклодува. — Вот такой я есть. Гений, понимаете? У меня это… горение, вот! Священный пламень! Дух то есть! Это понимать надо…

Он скорчил дурацкую рожу и повращал глазами.

— Творческое начало! — грозно добавил он и вновь повращал глазами. — Полет мысли!

Ученик стеклодува отступил на шаг и посмотрел на Шарца с опаской. Мало ли что взбредет в эту гениальную голову, словно говорил он всем своим видом.

— То есть… присылать стекло? — спросил он.

— Обязательно! — кивнул Шарц, нашаривая деньги. — Вот, господин старший ученик, возьмите деньги заранее, это — полная стоимость, как и было договорено с вашим мастером, это — за ненароком нанесенную обиду, а это — лично вам, за труды.

— Другое дело, господин алхимик! — просиял ученик стеклодува. — Товар доставим немедля.

С облегчением поглядев на «господина алхимика», которого, видать, оставила на время не в меру расходившаяся «гениальность», он попятился к двери.

— Вот и хорошо, вот и доставляйте, — кивнул Шарц, закрывая за ним дверь. — А то ведь я, гений, вдруг опять передумаю?

Повернулся и уставился на присланный ящик.

«Вот почему ты мне так не понравился!» — восхищенно прошептал лазутчик, обращаясь к ящику.

Ящик не ответил, но напыжился еще сильнее.

«Эк, его распирает!»

«Как думаешь, что там?» — спросил лазутчика лекарь.

«Наша смерть, — довольно ответил лазутчик. — Можешь в этом не сомневаться!»

«Такая маленькая? — усомнился шут. — На нас троих ее не хватит! А если еще и сэра рыцаря считать за отдельную персону…»

«Сам ты персона, — проворчал сэр рыцарь. — Неумытая к тому же!»

«Хватит ее, — возразил лекарь. — Смерть обычно и вовсе не занимает места, но стоит ей позволить, и она, как газ, занимает любой предоставленный ей объем».