— Как живешь долго без секса?

— Не так долго, как думаешь.

— Все же очень долго по городским меркам.

— Секс нужен не так часто, как кажется городским.

— Почему же такой культ секса?

— Люди заменяют им недостающие части своей жизни.

— Как? Какие?

— Например, человек, живущий рутинной жизнью, перестает чувствовать себя живым. Секс дает ему ощущение жизни. Естественно, что он зависим от этого.

— А как иначе почувствовать себя живым?

— Дух, любовь, ненависть, творчество, вера, цель... Все, что поднимает человека над рутиной, освобождает от псевдозависимостей.

16.07.2000

Я прочел много книг по сексологии, физиологии и психологии сексуальных отношений. Но не встречал такой простой и очевидной мысли. Ценность секса потому и казалось бесспорной, что он придавал жизни цвет и вкус. Фрейд много писал о разных занятиях как о суррогатах, сублимации секса. Шаман рассказал о том, как секс может быть суррогатом других жизненных ценностей.

— Почему секс дает ощущение жизни?

— Не сам. Ощущение жизни дает связь с миром. Связь с партнером на некоторое время заменяет это.

— Почему же люди не стремятся так к другим связям с миром, как к сексу?

— Он многогранен и легко доступен. Для многих других связей с миром нужны усилия, воля, труд души.

— А сам секс не является связью с миром?

— Только часть ее. Как, например, жиры в пище. Они нужны, но не могут быть единственной пищей.

17.07.2000

Мысль Шамана проста, развиваю ее, как будто рассказываю студентам. Если секс становится суррогатом других аспектов жизни, то возможны два вида сублимации: сублимация секса и сублимация сексом. Так же и со всеми остальными видами психологических защит. И с толкованием сновидений. В этом Шаман — специалист.

— Значит, Фрейд был не прав, утверждая, что наши сны — символизм бессознательного?

— Прав, частично. Это хуже, чем вообще не прав.

— Как это?

— Частичная правдивость скрывает то, что неверно.

— А что еще в наших снах?

— Инспирации, инвольтации. На русском нет точного термина, примерно — влияния.

— Кто на нас влияет?

— Духи, сущности, миры высшие и низшие.

— Это не творения коллективного бессознательного?

— Беда, коли влияния высших миров трактуются как игра сексуальных инстинктов.

— А я думал, что сам творю все, что вижу во сне.

— А ты подумай, что такое «я сам»?

17.09.05

В первый год жизни в Ярославле Шаман снимал домик на берегу реки Которосль. Соседи занимались обычными садово-огородными работами, и Шаман, проведший большую часть жизни на Севере, с удовольствием обучился сельскохозяйственной премудрости. В начале лета я привез Шаману морем железную печку для новой хижины, заказанные им семена и инструменты.

Грядкам Шамана я сначала не придавал значения, так как не считал работу на участке чем-то особенным. Сегодня внимание привлекла свежая великолепная редиска.

— Как хранишь редиску?

— Только с грядки.

— Третью неделю заморозки по ночам.

— Грядки в солнечном безветренном месте. И на ночь накрываю пленкой. Идеальные условия.

— Знаю. Колыма — лучший сельхозрайон.

— Зря смеешься. Во-первых, нет большинства досаждающих в Ярославле насекомых. Во-вторых, больше солнечных дней.

— »Мороз и солнце, день чудесный». (В этот момент я понял, как скучал по беседам с Шаманом. Мало с кем из знакомых можно было говорить и, тем более, шутить только ассоциативным рядом без дополнительных пояснений)

— (Шаман, как в и большинстве случаев, игнорировал иронию) Ты, между прочим, жрешь редиску третьего урожая.

17.09.05

Стал поглядывать. В окно хижины заметил, что Шаман вроде как танцует вокруг своих маленьких грядок. Если уметь шаманить над грядками, можно по три урожая и на полюсе вырастить.

— Этому тоже научился у ярославцев?

— Чему?

— Шаманить над грядками.

— Кое-чему научился, потом сложил «дважды два» и сам научил соседей.

— Расскажешь?