Женщины сидели в гостиной, потому что это было единственное теплое помещение в доме. Дров не хватало, и Мелора могла отапливать только одну комнату. За окном выл ветер; Анджела плотнее закуталась в шерстяную шаль и, откинувшись на подушки, закрыла глаза и задремала.

Вернувшись в гостиную и увидев, что Анджела уснула, Мелора сама выпила весь чай, решив не будить девушку.

Бретт почти доехал до Луизианы. Всю дорогу ему не давала покоя одна мысль: он должен как можно быстрее оказаться в Новом Орлеане и найти Анджелу, пока тот, кто хочет убить ее, не сделал это.

…Был почти полдень, когда он проснулся, но не увидел Анджелы рядом. Бретт почти не спал всю прошедшую неделю и теперь заснул настолько крепко, что не слышал, как она ушла. Но, не найдя ее рядом, он вскочил как ужаленный и сразу побежал к реке, испугавшись, что девушка, не ровен час, свалилась в воду. Потом он бросился к дому. В их комнате на полу валялась разбитая раковина, которую Анджела нашла на острове и хотела сохранить навсегда.

Бретт направился на поиски Руфуса. Увидев его, старый негр еще издали закричал:

– Какое счастье, что к мисс Анджеле вернулось зрение, правда?

И тут Бретт все понял.

Она увидела его при первых лучах солнца и, конечно, тут же узнала. А как только это произошло, любовь уступила место ненависти. Итак, для него все кончено.

Что ж, пусть так.

Бретт знал, что дело может принять такой оборот, но, хоть сердце его и разрывалось от боли, он должен был что-то предпринять.

Несомненно, девушка направилась в Новый Орлеан, для того чтобы раздобыть дощечки. Не исключено, что она с самого начала знала, где они спрятаны, но недостаточно доверяла ему, поэтому молчала. Бретту это было безразлично. Его волновало другое: Анджела отправилась прямо в когти убийцы.

Анджела проснулась, услышав взволнованные голоса. Стряхивая с себя остатки сна, она села, протирая глаза, но никак не могла припомнить, где находится. Постепенно память вернулась к ней.

Итак, она в Новом Орлеане. В доме Мелоры Рэбин. Но, Господи, что это за люди? Ей не пришлось долго ждать ответа на этот вопрос.

– Анджела, Боже мой, ты дома, ты жива! – обнимая ее, зарыдала Ида Дюваль. – Слава Всевышнему, ты видишь!

Следом за женой в комнату вошел доктор Дюваль со своим медицинским саквояжем. Он хотел немедленно осмотреть девушку, но его остановили Друзилла и Гарди Максвелл, за которыми маячил Миллард Дюбоз. Все жаждали услышать рассказ о том, как ей удалось сбежать из тюрьмы.

Анджела была очень рада видеть их, но все же встревоженно покосилась на Мелору.

– Они ни за что не простили бы мне, если бы я не сообщила им, что ты здесь, – пожала та плечами, – и к тому же ты сказала, что не задержишься надолго. Не бойся, они никому не скажут.

– Конечно, – торопливо проговорила Ида. – Мы же давным-давно знаем друг друга, дорогая.

– Это верно, – подхватила Друзилла, направляясь к девушке.

Однако Винсон Дюваль умудрился опередить ее и, наклонившись к Анджеле, заглянул ей в глаза.

– Да, дорогая, с тобой все в порядке, – заявил он ко всеобщему восторгу. – Очевидно, удар по голове вызвал внутреннее кровоизлияние, и потребовалось долгое время, чтобы зрение восстановилось. – Доктор отошел от дивана, уступив место остальным.

Мужчины согласились с тем, что она может вернуться в Бель-Клер, но не должна долго задерживаться там, чтобы янки не успели об этом узнать.

– Мне просто надо кое-что сделать, – промолвила Анджела. – А потом я уеду.

– Куда же ты поедешь? – спросила Ида.

– Прямо в Ричмонд, – решительно заявила девушка.

– Но почему? – удивилась Мелора. – Это так далеко, дорога опасна и…

– У меня будут сопровождающие, – заверила их Анджела. – Так что не беспокойтесь: со мной ничего не случится.

– Зачем тебе ехать туда? – недоумевал Гарди. – Почему ты решила, что должна отправиться в столицу?

Анджела таинственно улыбнулась.

– Просто я поняла, что настала и моя очередь вступить в войну, – сообщила она.

– Ты не замерзнешь? – спросила Мелора, передавая Анджеле поводья. – Господи, не живи я тут сызмальства, решила бы, что пойдет снег. Не помню, чтобы стоял такой холод.

– Не беспокойтесь. На мне столько одежды, что я едва могу двигаться. – Анджела имела в виду шерстяное платье Мелоры и ее же плащ. Вещи были велики девушке, но она не обращала на это внимания. Тяжелая полсть прикрывала ее ноги, шапка была подвязана теплым шарфом, а на руки Анджела натянула толстые перчатки. – Вы не забыли, где я оставлю коляску?