Обед был подан в большом зале, окна которого смотрели на холмы вокруг залива. Почти все уже ушли. Остались только мы втроем: Нора, ее мать и я. Во главе стола восседала старая леди, а я занимал стул напротив ее.

Это место как нельзя лучше подходило ей. Ей все подходило. И высокие дубовые панели по стенам, и большой округлый стол, и свечи в отполированных серебряных канделябрах. Она сидела прямая, подтянутая, и что-то в ее облике напоминало мне блестящее стальное лезвие.

За ее мягкой спокойной манерой обращения скрывались сила и уверенность. Вы не сомневались в мудрости этой женщины, хотя она ни малейшим образом не подчеркивала ее. Отец мне рассказывал, что многие лишь разводили руками, когда им приходилось иметь дело с этой тихой молодой вдовой, унаследовавшей два больших состояния.

– Мой последний муж часто говорил о вашем отце. – Она улыбнулась мне с другой стороны стола. – Они были очень близкими друзьями. И странно, что мы никогда раньше не встречались.

Я лишь молча кивнул. Для меня ничего не было здесь странного. До того, как в прошлом году отец ушел на пенсию, он был почтовым служащим в маленьком городке Южной Калифорнии, где я и родился. Он принадлежал к миру Харольда Хайдена не больше, чем Хайден принадлежал к его. И их объединяли лишь воспоминания о совместной службе в одном взводе во время первой мировой войны.

– Вы знаете, что ваш отец спас жизнь моему мужу во время первой войны?

– Я слышал эту историю. Но мой отец рассказывал мне ее несколько иначе.

Она подняла маленький серебряный колокольчик, лежавший на столе рядом с ней, он легонько звякнул.

– Не хотите ли выпить кофе в солярии?

Я посмотрел на Нору. Она внимательно изучала свои наручные часы.

– Вы с майором Кэри идите, мама, – сказала она. – Около восьми у меня встреча в нижнем городе.

Намек на недовольство скользнул по лицу мисс Хайден и тут же исчез.

– Тебе обязательно надо там быть, дорогая?

Нора не глядела на мать.

– Я обещала Сэму Корвину, что заеду обсудить его замыслы относительно выставки современной скульптуры.

Мисс Хайден посмотрела на меня, а затем снова на Нору. В ее тоне сквозило лишь предельно сдержанное сожаление, но у меня создалось впечатление, что она очень тщательно подбирает слова. Я не знал, мое ли присутствие было тому причиной или нет.

– Я думала, что ты уже покончила с этими делами, – сказала она. – Ведь ты так давно в последний раз виделась с мистером Корвином.

– Я должна, мама. Кроме того, именно благодаря Сэму на моей выставке оказался профессор Белл.

Я повернулся к пожилой леди.

– Ради бога, не волнуйтесь из-за меня, миссис Хайден, – быстро вмешался я. – И я сам должен быть в Пресидио к половине девятого. И могу подкинуть вашу дочь, если вы не против.

– Я не хочу доставлять вам беспокойство, – отозвалась Нора.

– Его и не будет. Я пользуюсь армейской машиной, так что мне не приходится экономить бензин.

– Отлично, – сказала она. – Дайте мне несколько минут переодеться.

Мы проводили ее глазами, а когда она исчезла, я повернулся к ее матери.

– У вас очень талантливая дочь, миссис Хайден. Вы должны гордиться ею.

– Я горжусь, – ответила она. И в ее ярко-голубых глазах появилось какое-то странное выражение. – Но должна признаться, что порой не понимаю ее. Иногда она просто ставит меня в тупик. Она так отличается от молодых девушек моего времени. Но Нора мой единственный ребенок, который довольно поздно для меня появился на свет.

– Идет война. И все мы изменились.

– Чепуха. Эти слова я слышу всю жизнь, – довольно резко прервала она меня. – Вздор. Ваше поколение – не единственное, на долю которого досталась война. И мое прошло через нее. И молодые люди из поколения моих родителей.

Я мог бы поспорить с ней, но не стал этого делать.

– Ваша дочь в самом деле очень талантлива, – снова повторил я. – Профессор Белл часто говорил мне, что людей, обладающих талантом, не так легко понимать или жить с ними бок о бок.

В ее глазах вспыхнули смешинки.

– Вы прекрасный молодой человек. Надеюсь, вы навестите нас еще раз. У меня чувство, что вы нам очень пригодитесь.

– Я тоже на это надеюсь. Но мне надо возвращаться за море. Возможно, мы встретимся лишь после войны.

Она в упор посмотрела на меня.

– Может, это будет слишком поздно.

Думаю, мое лицо явно выразило изумление, потому что она еще больше развеселилась. Я потянулся за сигаретой.

– Я слышал, что до военной службы вы были очень многообещающим молодым архитектором, майор Кэри.