Шрифт:
(139) Сидели две, девицы не девицы —
(140) Красавицы………. [143]
(141) Чем выгодней, — узнать прошу вас
(142) От наших дам в деревне и столице, —
(143) Красавицею быть или девицей? —
2 (14)
(144) Красавицы сидели за столом,
(145) Раскладывали карты и гадали
(146) О будущем… И ум их видел в нем
(147) Надежды (то, что мы и все видали).
(148) Свеча горела трепетным огнем,
143
Примечание Ефремова: «Окончание стиха зачеркнуто и не разобрано».
(149) И часто, вспыхнув, луч ее мгновенный
(150) Вдруг обдавал и потолок и стены.
(151) В углу переднем фольга образов [144]
(152) Тогда [145] меняла тысячу цветов.
(153) И верба, наклоненная над ними,
(154) Блистала вдруг листами золотыми.
3 (15)
(155) Одна из них — красавиц — не вполне
(156) Была прекрасна… Но зато другая!
(157) О! мы таких видали лишь во сне…
144
Стих дополнен Афанасьевым.
145
Примечание Ефремова: «Зачеркнуто: порой».
(158) И то заснув о небесах мечтая!
(159) Головку преклонив к стене [146]
(160) И устремив на столик [147] взор прилежный,
(161) Она сидела молча и небрежно…
(162) В ответ на речь подруги иногда
(163) Из уст ее пустое «нет» иль «да»
С улыбкой вырывалось… наконец, рукою
Она смешала карты пред собою. [148]
4 (16)
146
Примечание Ефремова: «Зачеркнуто: Ее восточный профиль на стене».
147
Примечание Ефремова: «Зачеркнуто: на карты».
148
Примечание Ефремова: «Два последние стиха зачеркнуты и заменены чем-то неразборчивым».
(166) Она была затейливо мила,
(167) Как польская затейливая панна.
(168) Но вместе с этим гордый вид чела
(169) Казался ей приличен. Как Сусанна
(170) Она б на суд неправедный пришла
(171) С лицом холодным и горящим взором.
(172) Такая смесь не может быть укором,
(173) И вы должны поверить мне в кредит,
(174) Тем боле, что отец ее был жид,
А мать, как слышал, краковская полька, —
И странного по мне тут нет нисколько.
5 (17)
(177) Когда Суворов Прагу осаждал,
(178) Ее отец служил у нас шпионом;
(179) И раз, когда украдкой он гулял
(180) В мундире польском вдоль по бастионам —
(181) Неловкий выстрел в лоб ему попал,
И он был рад, что умер не под палкой,
Что, признаюсь, мне право очень жалко.
(184) Его жена пять месяцев спустя
(185) Произвела на божий свет дитя —
(186) Хорошенькую Тирзу… имя это [149]
149
У Ефремова ошибочно: Хорошенькую (дочь) Терезу… имя это
(187) Дано по воле одного корнета…
Дальнейший текст (стихи 23–44) Ефремов ошибочно считает вариантом стихотворения «Памяти А. И. Одоевского» и указывает, что он опубликован в «Библиогр. записках» 1859 г.
Строфа 3-я (2)
(23) Он был мой друг; уж нет таких друзей…
(24) Мир сердцу твоему, мой милый Саша!
(25) Пусть спит оно в земле чужих полей
(26) Не тронуто никем, как дружба наша
(27) В немом кладбище памяти моей!
После 4-го стиха 4-й строфы (3):
(38) Как отгадать, что может в миг такой
(39) Исполнить сердце, жившее так много
(40) И так недолго, смутною тревогой? [150]
(41) Один лишь друг умел тебя понять,
(42) И ныне может, должен рассказать
(43) Твои мечты, дела и приключенья
(44) глупцам в забаву мудрым в поученье. [151]
150
В тексте ошибочно: И так надолго смутною тревогой?
151
Далее Ефремов приводит две отдельные строфы с указанием, что первой из них «предшествует стих, который нельзя разобрать».
………………………………………….
(12)
(122) Калитка скрип. Двор грязный. Подошли.
(123) Идти неловко. Вот насилу сени
(124) И лестница, но снегом по местам
(125) Занесена. Дрожащие ступени
(126) Грозят мгновенно изменить ногам.
(127) Взошли. Толкнули дверь, и свет огарка
(128) Ударил в очи. Толстая кухарка,
(129) Прищурясь, заграждает путь гостям
(130) И вопрошает: что угодно вам?
(131) И услыхав ответ красноречивый,