Шрифт:
Уголок тонких губ Нимора приподнялся в кривой улыбке. Что-то в этой улыбке встревожило Алиисзу — больше, чем обычно бывало в присутствии ассасина.
— Какое же дело привело тебя сюда, Священный Клинок? — спросил Вок.
— Эта экспедиция дроу, разумеется, — ответил ассасин. — Они нашли корабль хаоса и теперь намереваются нанести визит своей спящей богине?
Ассасин смотрел на Алиисзу, ожидая ответа. Она спрятала в ножны меч и скользнула обратно на диван, не отрывая взгляда от темного эльфа. Алю даже не потрудилась застегнуть расстегнутые Боком пуговицы на лифе.
— Мало оснований полагать, что они преуспеют в этом, — бросил Вок.
— Вы с этим согласны, Алиисза? — спросил Нимор. Алиисза пожала плечами:
С ними маг, который, возможно, мог бы управиться с кораблем. Я познакомилась с ним в Чед Насаде незадолго до гибели города и полагаю, что он весьма искусен.
— Ах да, — подхватил Нимор, — Фарон Миззрим. Я слышал, что он мог бы стать следующим Архимагом. То есть если бы его имя было Бэнр.
— Они могли бы это устроить, — заметил Вок. Нимор глубоко вздохнул:
По пути от Озера Теней до Абисса может случиться много чего, и еще больше — от границ Абисса до шестьдесят шестого Уровня.
— Что они найдут там, Нимор? — спросила Алиисза с искренним любопытством.
Нимор улыбнулся, и Алиисзу пробрала мгновенная дрожь от жестокого выражения его лица.
— Не имею ни малейшего представления, — ответил он.
— А если они найдут Ллос? — поинтересовался Вок.
— Если они найдут Ллос, — сказал Нимор, — и она мертва, тогда мы сможем продолжать нашу осаду столько, сколько потребуется. Мензоберранзан обречен. Если богиня спит и они не смогут разбудить ее или если она просто решила лишить этот мир своей благосклонности — то же самое. Если же она спит и им удастся разбудить ее или если она отвернулась от них и они смогут вернуть себе ее благорасположение, что ж, тогда это будет представлять для нас определенные трудности.
— Как мы узнаем, что они нашли? — спросил камбьюн.
— Никак, — ответил Нимор.
Темный эльф скрестил руки на груди и склонил голову. Теперь, когда он задумался, лицо его потемнело и напряглось.
— Пусть идут, но... — предложила Алиисза, слова сорвались у нее с языка прежде, чем она успела обдумать их.
— Дадим им провожатого, — закончил вместо нее мор.
Демоница улыбнулась, обнажив желтые клыки.
* * *
— Аграч-Дирр один, — сказала Триль Бэнр. — Они в осаде.
Громф кивнул, не глядя на сестру. Он был заворожен видом Мензоберранзана. Город Пауков раскинулся перед ним, сверкая волшебными огнями, прекрасный в своей хаотичности, в своей извращенности, — пещера, превращенная в дом.
— Отлично, — ответил Громф, — но не думай, что они легко сдадутся. У них есть верные слуги и союзники, которые компенсируют нехватку ума численным превосходством.
С высокого бельведера на внешней границе одного из самых западных шпилей замка Дома Бэнр, где они стояли, Громфу открывался прекрасный, ничем не закрытый вид на подземный город. Дворец Бэнр стоял у южной стены огромной пещеры, на вершине второго яруса широких каменных уступов. Это был Первый Дом, и то, что он располагался над всем остальным городом, было более чем символично.
— Может, они и столковались бы с серыми дворфами, — сказал Энджрел Бэнр, — но ни один темный эльф в Мензоберранзане за них драться не станет.
Громф повернулся влево и посмотрел на запад, через высокогорное плато Ку'илларз'орл. Перед ним высилась сталагмитовая башня Дома Хорларрин, а за нею целая гроздь сталактитов и сталагмитов, приютивших изменников Аграч-Дирр. Вспышки пламени и молний — работа грозных и многочисленных магов Хорларрин — мерцали на земле и в воздухе вокруг поместья Дирр. Личдроу, глава мятежного Дома, отсиживался где-то внутри, а его маги, в свою очередь, отвечали на обстрел огнем и громом. Громф чувствовал, что стоящие позади него сестра Триль и Мастер Оружия Энджрел ждут, что он скажет.
— Кажется, что я отсутствовал очень-очень долго, — заметил Громф.
Голос его звучал подавленно, но интонации были тщательно продуманы, чтобы донести до сестрицы, насколько он удручен состоянием военных дел.
Он почувствовал, как Триль позади него напряглась, потом решила не обращать внимания на его слова.
— Ты на самом деле отсутствовал, — сказала она с немалой дозой язвительности в голосе, — но давай не будем останавливаться на прежних ошибках перед лицом смертельной опасности, грозящей всему, что нам дорого.
Громф позволил себе улыбнуться и оглянулся через плечо на сестру. Она уставилась на него, скрестив руки на груди, обхватив себя за плечи, словно спасаясь от холода. Он вновь отвернулся, разглядывая сложившуюся вокруг Аграч-Дирр патовую ситуацию, и с некоторым удовлетворением отметил, насколько хорошо видят его новые глаза. Нечеткость зрения и боль почти прошли, и Громфу оставалось лишь наслаждаться иронией, заключенной в том, что он увидит падение Дома Аграч-Дирр глазами одного из Аграч-Дирр.