— Свою часть?

— Если мы союзники, по крайней мере против существ измерения Зет, то и расходы должны нести поровну. Та безделица, что была послана вам давеча, — не в счёт, разумеется. Кладовые Навь-Города открыты для Крепости Кор.

Ждёт, что попрошу у него урана, что ли? Или того лучше, буровия — элемента «островка стабильности»?

Но фокус в том, что слишком уж изменилась физика. Ни уран, ни плутоний в процессе деления цепную реакцию не давали — коэффициент высвобождения нейтронов был меньше единицы. Вот в присутствии больших масс, например, в недрах звёзд, — там порядок, термоядерная реакция шла как часы. А вне крупных масс… В общем, прощай, оружие. Атомное.

— Когда мы определим наши нужды, то не преминем обратиться к нашим щедрым союзникам, — ответил он паладину. — Пока же главная наша задача — опознать и выследить врага.

— Учёные Навь-Города полагают, что из измерения Зет к нам тянется несколько своего рода нитей… щупалец, если угодно. И их притягивает нечто, пребывающее в окрестностях Крепости Кор, — сейчас речь держал доктор Гэрард. — По некоторым причинам мы не подходим к Крепости ближе определённого радиуса, но за его пределами нам не удалось найти ничего заслуживающего внимания.

— Заслуживающего вашего внимания, достопочтенный доктор, — вновь выступил кадет. — Кто знает, что считают достойным внимания твари преисподней? Простите, именно это определение даёт существам измерения Зет великий учёный Межпотопья преподобный Чёс-Тёр.

— Я принимаю ваше замечание, достопочтенный член кружка Шо-Рина, — признавая правоту слов, поклонился доктор. — Но всё-таки мы должны искать, зачем стремятся к Крепости Кор эти существа.

— Более всего в этом заинтересована сама Крепость, — уверил присутствующих Фомин. Доктор Гэрард говорил верно — чем-то Крепость манила пресловутых «существ измерения Зет». Нужно поискать за каждым шкафом, за каждой занавесочкой. Только и кадет прав — что искать, собственно?

— Я рад, что наши взгляды совпадают практически во всём. — Паладин, кажется, перешёл к заключительной части встречи. — Но для экстренного общения хотелось бы выбрать взаимоприемлемый способ.

— Постоянный Ход? — попробовал угадать Фомин.

— Что-то вроде этого. Ещё лучше, если в пределах Крепости мы — разумеется, только с вашего ведома и согласия — поселим на поверхности человека, обладающего способностями прокладывать Временный Ход. Он и будет связником между Навь-Городом и Крепостью Кор.

— Случаем, не таверну поставите?

— Таверну? Если Крепость Кор предлагает поставить таверну, пусть так и будет!

Обошёл его паладин, обошёл. Рыцарское слово не воробей, а толстый, жирный гусь. Поймал — и на вертел поскорее!

— Тогда пусть приходит ко мне ваш человек, мы с ним и потолкуем, где ту таверну удобнее ставить будет.

— Договорились, — с довольным видом сказал паладин. Кажется, он чего-то добился. Но чего?

— Не желаете ли подкрепиться перед обратным путём? — сухим, бесстрастным голосом осведомился (не спросил, а именно осведомился!) хранитель Туглон.

Ага, театр закрывается,-желающие могут поспешить в буфет.

— Я желаю, — ответила Панночка. Фомину и кадету осталось только поддакнуть. Желание дамы — закон. Да и любопытно, чем потчуют здесь гостей.

Потчевали разными блюдами — Фомин насчитал девять перемен. В воздержанности своей, опасаясь не отравления, нет, а просто расстройства от незнакомой пищи, он ограничился бокалом воды, пояснив коротко — обет! Не есть роскошной пищи до той поры, пока смерть кадета Ван-Ая не будет отомщена, такой обет возложил на него Командор Крепости Кор. А что еда роскошна, возразить не мог никто. Вносили её через обыкновенную дверь незнакомцы в белом. Посуда — сплошь золото и серебро работы изумительной. А запах! А вкус!

Панночка поклёвывала то одного, то другого, кивала одобрительно, но блюдо отодвигала, спасибо, не обжоры. Кадет Туун-Бо отыгрался за всех. Каждое блюдо он съедал не до крошки — до молекулы, но делал это с таким изящным достоинством, что казалось, будто он и не ест вовсе, а — вкушает, неторопливо, разборчиво, как истинный гастроном. Под конец хозяева уже не сдержались: во все глаза смотрели на кадета, не то жалея еду, не то завидуя отменному аппетиту.

Конец пиршеству положила опять-таки Панночка. При виде очередного поднесённого блюда она сморщила носик и отрицательно покачала головой:

— Мы вполне сыты.

Фомину показалось, что труд кулинаров был достоин большей похвалы, но он доверился ведьме.

— Да, нам, пожалуй, пора.

— Наши люди проводят вас. — Паладин, казалось, был огорчён, что кадет не распробовал последнего блюда. Всё-таки отрава? Не смертельный яд, а что-нибудь вроде алкоголя или гашиша для беглости языка?

Провожать пришли не прежние двое, а шестеро, причём у каждого — короткий меч на бедре. Вырос престиж делегации? Или что иное?

— У нас тоже водятся дикие животные. Ночью они спят, но когда над поверхностью сияет солнце, они выходят на охоту. Здесь, разумеется, мы в совершенной безопасности, но вот прохождение Временным Ходом может их привлечь. Вам нечего опасаться, эти люди моментально устранят любую возможную опасность.