– Вы хотите спросить, не любовники ли мы? – подзадорила Джасмин и засмеялась при виде выражения на лице Кати. – Не поражайтесь, такое случается. Но в данном случае нет, такой близости у нас не было.

– Извините, это не мое дело.

– Не скромничайте. Я не отрицаю, что нахожу Арманда весьма привлекательным. Только слепая и глухая женщина не заметила бы этого. Но я замужем. Из того что вы уже увидели в Бейруте, вы можете заключить, что это сплошной Содом и Гоморра. Не отрицаю, что многие женщины находит удовольствие на стороне, не в своих супружеских кроватях. Но я просто не принадлежу к их числу. – Джасмин помолчала. – И даже если бы мне захотелось этого, я не остановила бы свой выбор на Арманде.

– Почему?

– На какую именно его черту вы обратили внимание в тот вечер в казино?

Катя подумала:

– На то, что, похоже, он всех знает.

– И кого в первую очередь?

– Женщин.

– Вот видите! Арманд должен выполнять обязанности хозяина. И он хорошо их выполняет. Особенно в отношении женщин брачного возраста.

Катя обдумывала эти слова, когда они повернули и вошли в коридор, такой же широкий, как железнодорожный туннель, по стенам которого протянулись дорогие магазинчики.

– Мы можем начать здесь, – объявила Джасмин и вошла в фирменный магазинчик «Курреж». Вокруг нее забегали продавщицы, как потерявшиеся гусята. – Хочу представить вам Катерину Мейзер, знакомую месье Фремонта.

Продавщицы немедленно отхлынули в Кате. Но той удалось отбиться от них и отвести в сторону Джасмин.

– У меня нет таких денег! Джасмин показала Кате на ее одежду:

– А где вы приобрели это?

– Арманд послал меня в магазины и сказал, чтобы я просто расписывалась на чеках. Он сказал, что сам позаботится об оплате, а я ему верну долг позже.

– Конечно, все было заранее обговорено. Неужели вы думаете, что они не знают об этом?

Катя посмотрела на услужливых продавщиц и поняла, что могло произойти. Арманд просто снял трубку телефона и договорился о ее кредитовании по всему городу.

– Джасмин, на этой вещи не обозначена цена. – Катя показала на мини-юбку.

– В таких магазинчиках цены на товары не указываются, – весело сообщила ей Джасмин. – Более того, в чеках, которые вы подписываете, обозначены только названия вещей. Цены проставляются позже. Ужасно любезно, не правда ли?

Через несколько дней после беседы с Катей Джасмин устроила обед для очень узкого круга лиц – трех человек. Из-за характера намечавшейся за столом беседы, чрезвычайно доверительной, она отпустила слуг и решила сама приготовить кое-что. Ей нравилась арабская кухня, и она наготовила целый поднос меззы – набора ближневосточных закусок, а также с дюжину разных самбусаков – пирожков с мясом по-левантийски.

Хотя Джасмин имела в фешенебельном районе Бейрута – Ра – квартиру в два этажа, ей нравился этот дачный домик на холмах с видом на Джуни в двадцати километрах к северу от столицы. В этом опорном пункте христиан в течение многих столетий над всей округой господствовала гора. На ее вершине, на высоте две тысячи пятьсот футов, установлена статуя Девы Марии, распростершей руки к городу и заливу. По склонам холмов разбросаны виллы богачей и знаменитостей. Им же принадлежали полоски пляжей внизу, у моря. А в промежутке раскинулся сам город с театрами, ресторанами и магазинами, ориентированными, главным образом, на богачей. За окном во всю стену виднелась залитая солнцем поверхность Средиземного моря.

– У тебя что-то совсем пропал аппетит, – заметила Джасмин, обращаясь к Пьеру. – Не посадила ли Клео тебя опять на диету?

И Джасмин, и Луис обратили внимание на непривычную бледность Пьера, да и впервые за все время, которое они могли припомнить, воротничок не туго обтягивал его шею.

– Возможно, небольшая простуда. – Пьер наблюдал, как Джасмин наливает кофе и ликер, и добавил: – Но я не думаю, что вы пригласили меня на обед, чтобы спросить о моем здоровье.

Джасмин не обратила внимания на его насмешку. Они с Пьером всегда прилично относились друг к другу, но до недавнего времени у них мало что было общего, кроме кровного родства.

– Получилось так, что я кое-что узнала такое, что касается всех нас троих, – сообщила им Джасмин. – Похоже, что Арманд ни при каких обстоятельствах не поддержит кандидатуру Луиса в президенты.

Луис побледнел, его десертная вилка застучала по тарелке.

– Что? Когда это выяснилось? Кто вам сказал? Весь день Луис пытался выяснить, почему Джасмин пригласила на обед Пьера. Но он даже и предполагать не мог, что она сделала это по такой причине, как эта.

– Несколько дней назад, в казино, я разговаривала с Армандом, – продолжала Джасмин, пропуская мимо ушей кучу вопросов своего мужа. – Арманд тебя не поддержит, дорогой.

– Знает ли об этом Туфайли? – выпалил Луис. Джасмин уныло взглянула на него.

– Если ты спросишь об этом погромче, то он узнает. – Потом обратилась к Пьеру: – Рано или поздно Арманд кого-то поддержит. Вопрос заключается в том, кого именно. Неопределенность нас не устраивает, ни тебя, ни центральный банк.

– Банк не занимается политикой, – ответил Пьер высокопарным тоном.

– Пора бы уже и заняться! – отрезала Джасмин. – Управляющий банком целиком зависит от президента. Если Арманд поддержит не того человека, то, как ты думаешь, долго ли ты просидишь?