Кукиш прошлякам
вернуться

Крученых Алексей Елисеевич
Шрифт:

пе-пе-пе

пи-пи-пи

се-се-се

ня-ня-ня

и т. д.

а если даже и звучная буква то будучи повторена 20 раз подряд она становится надоедливой и глухой

символисты знали аллитерацию но неведома им алфавитация.

В их поэзии (да и в мировой) преимущественно сонный ритм салонного танца (раз два три) ритм любви или крепко спящего человека…

любите любите любите любитебезумно любите любите любовь

Может ли быть что нибудь мертвее и однообразнее?

тише тише засыпаюне буди меня —

говоря словами самого Бальмонта, или

храпите, храните, храпите…

Даже у итальянцев: фара фара фа.

рата рата та

Не было ни одного стиха подобного лихой рубке подобного будетлянскому:

дыр бул щылубещурскумвы со бур л эз(«Помада»)

Или еще чистый спондей:

зю| цю| э| спрум|(«Возропщем»)

Потому мы и говорим что мы единственные в мире живые люди.

У нас поэзия — внезапница, у них выдохшаяся — запница!

Но… разве мертвецки спящие слышат?…

Разсматривать ли наших поэтов со стороны их идей или с чисто словесной — приходим к одному выводу!

Уже указано почему луна умерла, но была и чисто техническая причина: раньше был месяц — золотое сомбреро и луна серебрянная раковина или чудная прелестная, гордое чело богини и т, д.

Потом стала медной, а ночь железной.

По наконец стало дурным тоном говорить о ней в таком тоне и вот читаем: месяц корявый черный (т. е. деревянный), луна как мочевой пузырь (Лафорг) наконец больная и дохлая.

Если эпитеты первого рода уже умерли то второго сразу стремятся туда же! Нехорошо говорят о луне, но тоже о солнце о звездах наконец о всей природе, а в том числе и человеке — все эпитеты умерли.

Когда заметили что они не тверды в ногах пробовали их ставить на голову или на ходули, чтоб не быть смешными сами делали смешное — но это явные признаки конца!

луна пришла на ходулях(Саконская)

Хлебников пишет про улицу:

и из чугунного окуркатвои Чайковский и мазурка —(«Изборник»)

Но что означают эти окурки: патроны пули шрапнель и как их представлять — трудно догадаться.

И у других:

заштопайте мне душу…женщины вы смотрите устрицами из раковин вещей…спокойный душу на блюде несу(Маяковский)

Говорят что поэт Батюшков сойдя с ума произносил такия фразы.

Эпитеты трещат и кувыркаются везде.

(Так писал я в 1915 г. (первое изд. «Тайных пороков академиков») о метафоризме вообще и о Маяковском в частности, а вот в 1922 г. он сам привнается:

Где еще— разве что в Туле? —позволительно становиться на поэтические ходули?!)

Прежде в Серпуховском уезде пели:

глаза вы карие большиеочаровали вы меня,

а теперь

глаза вы как автомобилиочаровали вы меня!..

Литература лубок и сумасшедший дом подают друг

другу руки!

Но подохли не одни эпитеты, а все слова и крайне чуткий к ним Хлебников уже вместо луна пишет леуна, вместо ночь — ночерь, вмести авиатор-рша, — льтец, — льтица и даже целые стихи:

о — день и дзень и динь!нуочь и ночь и ничьвсеобщего единства!(«Изборник»)

Но конечно неологизм на всегда понятен и напр. Брюсов нашел чло дебошь Хлебникова не хорош ибо похож на французское слово, а оказывается что надо читать его дебошь (от дебелый)

то же с рифмой: она теперь нопонятна изломана и нелепа:

черезрезче

или

короватеатр(ор-ар)

Поэзия зашла в тупик — и это не выдумка злых будетлян!

Возьмем № журнала за 1915 г. изд Суворина и там прочтем: