– Смотри на меня, капитан! Смотри на меня! Хочешь намокнуть? кричала Белые Усы с трамплина для прыжков в воду. Смахнув с лица капли, Джеймс Кирк посмотрел наверх.

– Я смотрю, – с улыбкой заверил он. Ребенок дважды подпрыгнул и плюхнулся в бассейн, забрызгав более десятка наблюдателей. Белые Усы всплыла на поверхность с победными криками и поплыла к Кирку, используя для большей скорости хвост. Через мгновение она уже забралась ему на руку и завращала хвостом, брызгая водой ему в лицо.

– Эй! – запротестовал он, но она уже спрыгнула и поплыла прочь, крича:

– Поймай меня! Кирк засмеялся и лениво поплыл за ней. «Опасное поручение», – подумал он. Эван действительно не шутила. Понадобилось все их терпение и все возможные увещевания, чтобы убедить паникующую Яркое Пятно войти в воду. Она все еще не решалась присоединиться к детям Цепкого Когтя в их играх, но, по крайней мере, уже возилась на мелководье.

– Ныряй! – крикнула Вилсон. Кирк так и сделал. Красный с голубым мяч пролетел в дюйме от его головы. Капитан поймал его и бросил назад Ногохвату, который поймал его своим хвостом и передал Белым Усам. В тот же момент за мячом бросился Слишком Длинный Хвост, и началась обычная потасовка.

Кирк поплыл туда, чтобы разнять детей. Он не собирался позволять малышам утопить друг друга.

Кирку было немного стыдно, что он так веселится в эту минуту, так как знал, что Боунзу сейчас не до веселья. «Ну что ж, – подумал он, хватая за хвост Белые Усы и вытягивая на поверхность за глотком воздуха, – когда мы достигнем Йауо, у нас будет слишком много работы. Лучше получать удовольствие, пока это удается».

Несмотря на огромную усталость, Леонард Маккой никогда не чувствовал себя лучше: двое из его пациентов уже вышли из комы! И его зрение стало лучше, боль в суставах уменьшилась… Джеймс Кирк снова сделал невозможное.

У него были хорошие новости и для Ухуры. Хотя Закат Энниена еще и не вышла из бессознательного состояния, ее здоровье явно улучшалось, так что Маккой смог даже перевезти больную к себе, чтобы лично наблюдать за ее выздоровлением.

Введя сиваоанское лекарство всем своим пациентам, находящимся в наиболее критическом состоянии, Маккой сел к экрану коммуникатора. Он на минуту свяжется с «Флинном», чтобы узнать, какова там ситуация.

Мики приветствовали его улыбкой.

– А-а-а! Ты-то мне и нужен! У меня здесь тот, кто хотел бы переговорить с тобой, Леонард, – сказала она, и экран переместился, чтобы показать ему пациента на больничной койке.

– Здравствуйте, доктор Маккой. – Голос звучал слабо, и пациентка не поднимала голову, но тем не менее Маккой узнал ее.

– Кристина, – произнес он мягко, – рад слышать твой голос.

Она слабо улыбнулась ему и продолжила.

– Приятно слышать вас тоже. С капитаном все в порядке, а с мистером Споком?

– Они здоровы, Кристина, – ответил он, успокаивая ее. – Они будут чувствовать себя еще лучше, когда узнают, что ты в порядке.

Она кивнула почти незаметно, затем вмешалась Мики, чтобы сказать:

– Хорошо, Леонард, достаточно. Я буду тебе благодарна, если ты дашь моей пациентке поспать.

Оскорбленный Маккой, не задумываясь, проворчал:

– Твоей пациентке!

Это ничуть не тронуло Микиевич.

– Моей пациентке, – повторила она. – Ты всегда был загребущим, Леонард.

– Загребущим! – сказал он, смягчившись. – Я обижусь.

– Обижайся сколько хочешь, – сказала Мики, забавляясь, – но только уходи. И сам поспи тоже. Ты заслужил это.

– Ох, я действительно заслужил это, но еще куча дел. Со сном придется подождать, – улыбнулся он. – Но я собираюсь все-таки пожертвовать временем и сообщить Джеймсу хорошую новость.

– Это не тот Джеймс, капитан Кирк с «Энтерпрайза»?

Маккой кивнул, и Мики продолжила:

– В таком случае я хочу, чтобы ты меня представил, когда подвернется случай. Замечательный человек ваш капитан.

– Это вообще вне всяких сомнений, – с гордостью подтвердил Маккой. Но попроси, чтобы тебя представили Споку тоже. Пятьдесят процентов успеха миссии «Энтерпрайза» приходится на долю остроухого вулканца. Даю голову на отсечение.

– Тогда мы должны сказать им обоим трижды «Ура»!

– Только адресуй свой салют команде «Энтерпрайз», – посоветовал Маккой. – Джеймс оценит это гораздо больше.

Тщательно обдумав ситуацию, Спок пришел к заключению, что его первоначальная неудача обнаружить сигнализацию Вилсон является следствием не замедления его умственных процессов в связи с временным заболеванием, а, скорее всего, совершенством ее искусства программирования. Пока ему удалось найти и снять еще несколько десятков сигнализаций, но и этого хватило, чтобы он оказался достаточно заинтригован. Если это и была шутка, как предположил капитан, то ее он мог оценить на чисто интеллектуальном уровне.