Горничная постучала в последнюю дверь, и тихий голос пригласил:

– Войдите.

– Я отыскала мисс Арабеллу, мэм, – сказала горничная, пропуская Арабеллу вперед.

– Спасибо, Роза, можешь идти, – ответила мисс Мэйдерсон и, оторвавшись от шитья, поднялась со стула.

Это была маленькая седоволосая пожилая женщина в аккуратном черном платье и черном атласном переднике, поверх которого висела золотая цепочка для ключей.

– Здравствуйте, мисс, – вежливо поприветствовала она Арабеллу.

В ответ Арабелла протянула руку и только сейчас заметила пыль на пальцах.

– Прошу прощения, у меня грязные руки, – извинилась она. – Я была в библиотеке. Не сочтите за дерзость, но я взяла там пару книг почитать.

– И обнаружили, какие они грязные, – с горечью сказала мисс Мэйдерсон.

Взяв у Арабеллы книги, она положила их на стол. Затем достала из ящика тряпку и вытерла с них пыль, выражая при этом свое крайнее неодобрение.

– Не желаете ли вымыть руки, мисс? – закончив работу, предложила мисс Мэйдерсон.

Пройдя вслед за ней через примыкавшую к комнате гардеробную, всю заставленную шкафами, Арабелла оказалась в ванной комнате. Девушка огляделась по сторонам, и ее охватил восторг. Никогда в жизни не видела она подобного великолепия! Мраморная ванна была вделана в пол, и в нее вело несколько ступенек. Пол тоже был из мрамора, а на умывальнике стоял гарнитур для умывания из великолепно отполированного серебра: тазик, кувшин и чашки.

– Какая прелесть! – воскликнула Арабелла.

– Гарнитур короля Карла II, – с гордостью сказала мисс Мэйдерсон. – После реставрации монархии его величество останавливался здесь, и это один из его подарков по случаю отъезда. А ванная комната – копия одной из тех, что ее светлость видела в Риме.

– Здесь просто чудесно! – Арабелла не могла скрыть восхищения.

– Вряд ли на всем белом свете сыщется еще одна такая. В прежние времена лакей выливал сюда почти двадцать ведер горячей воды из кухни. Вы не возражаете помыться холодной водой, мисс?

– Конечно, нет.

Вода в серебряном тазу и мыло приятно пахли, а отделанное кружевами полотенце, которое подала мисс Мэйдерсон, было из тончайшего холста.

– У меня всегда все готово на тот случай, если комнаты вдруг понадобятся, – тихо проговорила мисс Мэйдерсон, словно отвечая на молчаливый вопрос Арабеллы. – Уверена, вы не откажетесь взглянуть на спальню ее светлости.

Она открыла еще одну дверь. Более восхитительной комнаты Арабелла не только никогда не видела, но и не могла представить! Проникавшее сквозь раскрытые окна солнце заливало огромную кровать с расшитым шелковым пологом, зеркала в рамах с купидонами, отделанную золотом резную мебель и мягкий, как лебяжий пух, ковер на полу. Туалетный столик украшали свежие цветы, и Арабелла не могла отделаться от ощущения, что сейчас в комнату войдет хозяйка и вокруг снова закипит жизнь. Здесь находилось святилище прошлого, а мисс Мэйдерсон была его ревностным хранителем.

Словно прочитав мысли Арабеллы, мисс Мэйдерсон быстро проговорила:

– Давайте вернемся в мою комнату. Надеюсь, вы извините меня, мисс, за то, что я просила вас зайти ко мне: просто мне очень хотелось познакомиться с вами. У нас в замке так мало посетителей.

– Доктор Симпсон считает, что общение с компаньонкой может пойти леди Бьюле на пользу, – сказала Арабелла.

– Я в курсе того, что он предлагал привести в замок еще одного ребенка, но никак не ожидала, что он отыщет вас так быстро.

– У меня были свои причины собраться сразу же, – объяснила Арабелла и, чтобы скрыть свое замешательство, отвернулась.

– В эти комнаты попадает все солнце, – сказала мисс Мэйдерсон, когда они вернулись в ее гостиную. – Разумеется, я спала не здесь, когда ее светлость была жива: мои комнаты тогда были на втором этаже. Но сейчас я решила, что мне следует быть поближе к ее покоям.

– И содержать их в таком порядке. Было бы очень жаль… – Арабелла осеклась.

– … если бы они стали такими же, как весь замок! – закончила за нее мисс Мэйдерсон. – Когда-то здесь царили красота и изящество, теперь же не осталось ничего, кроме печального запустения.

– Разве маркиз никогда не приезжает домой?

– Его светлость был со своим полком за границей и вернулся только два года назад. Ну а теперь, как я понимаю, он очень занят в Лондоне. Его светлость живет на широкую ногу в Меридейл-Хаусе на Беркли-сквер. Мы тоже бываем в курсе последних светских новостей, когда в замок присылают за слугами или лошадьми.

– Как нехорошо! – воскликнула Арабелла и замолчала. Вряд ли ей пристало осуждать своего хозяина, пусть даже она его никогда и не видела.