Один из Бьюлиных котят, жалобно мяукая, тщетно пытался протиснуться в приоткрытую дверь классной. Арабелла машинально подхватила его на руки и, пройдя через комнату, приоткрыла дверь Бьюлиной спальни.

Бьюла спала. В тусклом свете комнаты ее круглое лицо было безмятежно-спокойным. Похожая на карлика, девочка казалась такой маленькой и ранимой, что Арабелла почувствовала сострадание, которого не испытывала прежде. Бедная, не знающая любви Бьюла! Возможно, доктор Симпсон был прав, полагая, что она еще сможет выправиться, если у нее будет компания.

– Я попытаюсь помочь ей, – закрывая дверь комнаты, прошептала Арабелла и вдруг услышала в коридоре тяжелые, решительные шаги. Не раздумывая, она огляделась по сторонам, испытывая желание спрятаться, как нередко пряталась от отчима.

Звук шагов приближались, и, когда они послышались совсем рядом с дверью, девушка нырнула под стол, где накануне пряталась Бьюла. Длинная бахромчатая скатерть полностью скрыла ее. Шаги раздались в комнате.

– Олив? – позвал мужской голос, и Арабелла узнала того самого человека, который угрожал ей на конном дворе. – Олив? – повторил он, открывая дверь комнаты мисс Харрисон. В комнате горела свеча, и ее золотистый свет лился через дверь, которую мужчина оставил приоткрытой. – Бог мой, – услышала Арабелла сердитый голос мужчины, – что здесь происходит?

– А, это ты, Джек! – сонно воскликнула мисс Харрисон. – Я ждала, ждала тебя, да и задремала.

– Нас задержали, – ответил мужчина по имени Джек. – Поднимайся и ответь на мой вопрос! Я поймал на конном дворе какую-то девчонку. Она сказала мне, что ее зовут Арабелла и она теперь живет здесь.

– Да, это так, – ответила мисс Харрисон. – Но что она делала у конюшни в такой час?

– Она сказала, что ищет какого-то котенка. А теперь послушай меня, Олив, я не потерплю здесь никаких посторонних, какого бы они ни были возраста. Ты сама знаешь не хуже меня, как это опасно.

– Я не виновата, – печально ответила мисс Харрисон. – Это все доктор Симпсон, наш новый врач. Он сказал, что найдет ребенка, который будет жить здесь и играть с Бьюлой. Как я могла отказаться? И прежде чем я узнала, что происходит, Арабелла была уже здесь. Вряд ли от этого маленького, тихого создания можно ждать неприятностей.

– Почему же она уехала из дома?

– Говорят, не поладила с отчимом.

– А кто он?

– Сэр Лоренс Дин. Ты знаешь его?

Раздался смех, неприятный, циничный смех.

– Так вот это чье отродье! – Смех внезапно прекратился. – Но это опасно. Немедленно избавься от нее!

– А под каким предлогом? – слабо сопротивлялась мисс Харрисон. – Ну какой от нее вред, в самом деле? А если она поможет Бьюле…

– Бьюле! Да ничто ей не поможет! – воскликнул мужчина. – Ее нужно было придушить сразу, как только она родилась. Такие чудовища не должны жить. Разве я не говорил тебе, что с большим удовольствием, да-да, удовольствием, голыми руками удушил бы эту скулящую дурочку? Так вот, еще раз повторяю мое условие: один звук от кого-нибудь в этом доме – и ей не жить!

– Ну, не будь же таким вспыльчивым, – взмолилась мисс Харрисон. – От Бьюлы никому никакого вреда. И потом, учти, если бы не она, вряд ли бы я была здесь.

– Я вовсе не хочу, чтобы меня вздернули из-за какой-то уродины с поехавшей крышей, – разгневанно заявил мужчина.

– Успокойся! – вскричала мисс Харрисон. – В данный момент Арабелла не представляет для тебя никакой опасности. Приляг, мой дорогой, ты утомлен. Как же долго я ждала тебя!

– Так уверена в себе, да? – мрачно заметил мужчина.

– Я уверена лишь в том, что ты устал, продрог и зол, как черт. Иди ко мне, я тебя согрею. Поспишь немного, и все покажется не таким мрачным. Иди же ко мне, Джек, я жду тебя! И запри дверь.

Дверь спальни с шумом закрылась. Арабелла сидела очень тихо, потом поднесла руки ко рту, чтобы не закричать. Теперь она знала, с кем свела ее судьба. Это был Джентльмен Джек, вселяющий страх и вызывающий всеобщую ненависть разбойник, самый опасный к северу от Лондона.

– Проклятье! – воскликнул раздосадованный лорд Лоудер, отодвигаясь от карточного стола. – Я должен вам уже пять тысяч гиней, а у меня в кармане блоха на цепи. Я не могу позволить себе увязнуть еще глубже!

Сидящий напротив человек перетасовал карты длинными тонкими пальцами и насмешливо заметил:

– Вы мокрая курица, Лоудер!

На миг воцарилось молчание. Стоявшие вокруг стола несколько членов карточного клуба «Крокфордз» замерли. Лорд Лоудер встал. Его мальчишеское лицо пылало от гнева.