Несомненно, да просто наверняка должна же быть какая-то первооснова моего катастрофического вчерашнего нажора?! Хотя… Да нет, что-то было. Я, конечно, мог навонзаться и совершенно спонтанно, без объяснения причин, но тут просто жопой чую – все это неспроста. Ох, неспроста.

– Хорошо, что в квартире есть стены, – благостно промелькнула в мозгах глубокомысленная идея, когда, хватаясь за окружающее пространство, я меланхолично сучил копытцами в сторону холодильника. Вдруг там чего-то есть? Наверняка нет. А вдруг? Снилось же мне что-то пивосоотносительное. Под оглушительный бой сердца открыл дверцу. Ни хрена! Попил воды из чайника. Пользуясь люфтом пятисекундного просветления, доковылял до ноутбука. Опять вчера его не вырубил, идиот! Тыркнул негнущейся конечностью в сторону клавиатуры. На дисплее книжными карточками из ленинской библиотеки завертелись Маши, Бэлы, Стэллы и прочие услады «состоятельных джентльменов», к которым обращаются вышеупомянутые особы с целью предоставить в аренду все щели своего организма. Вдруг взгляд уцепился за огромные синие буквы, высвеченные над фотографией очередной бляди. Надпись гласила: «Бизнес-ланч. Строго с 12 до 16 часов. Классический секс всего по тысяча пятьсот рублей!»

Все. Вспомнил. Инна вчера звонила. Моя бесцельная и вечная, как дубиноголовое дерево секвойя, любовь. Блондинка с голубыми глазами. Года два не общались. А тут вдруг позвонила. Как, мол, проистекает твоя жизнь и вообще… Я крайне удивился. Во время последнего разговора она меня легко называла мудаком и почему-то блядью. На последнее я особенно обиделся. Слово «блядь» как-никак женского рода. А тут… Короче, беседа выглядела примерно так: – Как дела?

– Отлично.

– Чем занимаешься?

– Да в принципе ничем. Так, в ноутбуке ковыряюсь. Мой приятель Лёнечка подписался наваять сценарий для одного телевизионного сериала. Ну, типа мелодрамы. Получил аванс и, естественно, рухнул в запой.

Месяца на три. В периодкраткого просветления позвонил и скрюченным от отчаяния голосом просил меня написать вместо него хоть что-нибудь. Вот я и пытаюсь что-нибудь изобразить, но насчет идей – круглый ноль без дырочки. Может, какую мыслю подкинешь?

– Надо писать про любовь.

– Да это понятно! Сериал же ведь, тем более что ему говорили, что все должно быть и сопливо, и слезливо, и со счастливым концом. Чтоб вся женская территория России рыдала взахлеб. А я совершенно не представляю, как это изобразить!

– Да все, Володь, очень просто. Главный герой женится на своей старой любви, которая одна воспитывает ребенка.

– Его ребенка?

– Да в том-то все и дело, что не его! Представляешь, какая коллизия!

– Да-а, но, по-моему, об этом снимают примерно каждый первый сериал, даже чаще. Нет, это явная чушь.

– Ничего не чушь. Вот ты бы смог жениться на девушке с ребенком?

– Ну не знаю, наверное, смог.

– А на беременной девушке мог бы?

– От него?

– От кого?

– Ну, я про сериал…

– А я про себя. В смысле про сериал, нет, не от героя. А ты бы смог?

– Чего?

– Жениться на мне при некоторых обстоятельствах…

Я, конечно, начал мямлить что-то несусветное, типа скорее да, чем нет, стремительно пытаясь оттянуть продолжение разговора, чтоб хоть как-то уложить в башку только что сказанное мне Инной. Так, Казаков, Инна беременна и, мгновенно вспомнив о том, что уже лет семь я безутешно добиваюсь ее взаимности, решила сделать ход конем. А что я? А я… Ну допустим, раньше я ее любил. До помутнения рассудка. Правда, у моих друзей есть четкое мнение, что мой рассудок помутился гораздо раньше, но это не важно. А люблю ли я ее сейчас?! Не знаю. Как-то все слишком непонятно и экстравагантно. Раньше я плакался по пьянке приятелям, что вот мне уже сорок пять, а у меня ни жены, ни детей… А тут вдруг бац, сразу и жена, и дети вытанцовываются. Бред какой-то. А как же другие современнолюбимые барышни? Карина, например, или Дина. Фу, черт! Имена-то какие я себе подобрал! Не имена, а собачьи клички какие-то. Хотя красиво… Нет, это я не о том. Значит, так. Инна беременна. Не от меня, естественно. И что делать? Я раньше думал, что выражение «ум за разум зашел» чисто аллегорическое, ан нет. Вдруг представил себя в загсе в костюме и рядом беременная Инна в фате и истерически нервно засмеялся.

– Э-ей, Казаков, ты еще здесь? Да ладно, не парься. Это я так спросила. К примеру. А сюжет для твоей мелодрамы я придумаю. Чао-чао.

Конечно! Пошло-поехало! Отличнейшая мелодрама образовывается. Как там, «Ах, какая драма, „Пиковая дама“! „Просто Мария“ отдыхает. Куда деваться с этими булькающими в черепушке мыслями, мне было совершенно ясно. Понятное дело, в кабак. То ли от широты мироощущения, то ли, наоборот, от скудоумия сознания я выискал в Интернете ценнейшую хохлуху под именем Владислава и вместо закорячивания ее под ближайшей пихтой пригласил ее в кабак, жрать и пить, ну то есть тоже жрать, за мой счет, причем оплачивая ей упущенную выгоду.

Как это, блядский оскал капитализма, вот что это такое!

Потом я дарил ей цветы, кормил осетриной, пачкал соплями скатерть, рассказывало неземной любви к Карине, Дине, Лене, Ире, а тут еще беременная Инна. Что я уже старый пердун, и вообще, надо бросать эту идиотскую Москву и ехать в Тулу, а еще лучше в Белоруссию, к батьке Лукашенко, там, по слухам, вообще ностальгическая Советская власть, а здесь одни бляди и беременные Инны! А может, я ее правда люблю, даже беременную!? Последнее, что я помню, что Владислава уговаривала меня куда-то ехать, мол, заплатил уйму денег, а ничего с ней и не сделал. На что, господи прости, я говорил, что я не могу ебаться с какими-то шлюхами при живой беременной жене. Видимо, я уже считал Инну своей женой. После того как Владислава сказала, что у нее в принципе есть ребенок и если уж так мне приспичило жениться на одиноких матерях или беременных, она готова предоставить мне и эти услуги, ласковая хохлушка была послана вон. Ну и дальше пошло-поехало. Чудеса обетованные в кабаке, шампанское в оркестр, хамы, вас здесь не сидело и все как обычно.

За диваном что-то звякнуло и наполненно-стеклянно бамкнуло об пол. Высунулась чуть виноватая, но неизменно наглая мордища моего кота Матроскина. Внутри призывно ёкнуло. Неужели?! Прильнув к задиванному пространству, я увидел три милые бутылочки пива. Одна сиротливо лежала на полу. Вот оно счастье. А то Инна, Владислава с ребенком…

Открыл – глотнул. В голове, немного покряхтев, с натугой проворачиваясь, все быстрее и быстрее заиграла идиотская мелодия: «Жил да был черный кот за углом, и кота ненавидел „Газпром“. При чем здесь „Газпром“, мне уже, видимо, не объяснит никто. Но бывают такие дикие похмельные состояния, когда независимо от тебя в башке проигрывается дурацкая песенка и избавиться от нее нет никакой возможности.