Мария не понимала, чего ей больше хочется – смеяться или плакать. Как она могла дойти до жизни такой? Что бы подумали о ней родители, узнав, как низко она пала?

Эддингтон нагнулся к ней, сложив руки на коленях:

– Уэлтон устроил оба ваших замужества, а после смерти ваших мужей его доходы существенно увеличились. Ваш отчим поспешил представить мне вас после того, как я навел о нем справки прошлым вечером. Уэлтон имеет к вам чисто корыстный интерес. Верьте мне.

– И все же я не могу взять в толк: вам-то лично какое до этого дело?

– Знаете, что я думаю? – произнес Эддингтон мягко. – Мне кажется, что у Уэлтона есть что-то, что он использует против вас, нечто, чем он вас шантажирует, чтобы добиться вашего сотрудничества. А я могу освободить вас от него. Я не жду, что вы поможете мне совсем уж бескорыстно, не получив ничего взамен.

– Но почему я? – настороженно спросила Мария, рассеянно поглаживая руками в перчатках края своего домино. – Что такое я совершила, чтобы заслужить подобное унижение?

Эддингтон немного помолчал.

– Выясните, что произошло со свидетелем, и я освобожу вас как от секретной службы, так и от Уэлтона.

– А может, у меня душа чернее смертного греха и я продам информацию о вашем любопытстве как раз тем, кого вы ищете? – Иногда ей действительно хотелось, чтобы у нее не было души. Ее жизнь протекала бы гораздо легче, если бы она была столь же бессовестной, как те люди, которые использовали ее.

– Это риск, на который я готов пойти. – Эддингтон выждал мгновение, а затем встал на ноги и протянул ей руку. – Обдумайте все. Я нанесу вам визит завтра, словно пылкий воздыхатель, и вы сможете дать мне ответ.

Мария отрешенно протянула ему руку.

– Милорд, – сдержанно приветствовал Кристофер. – Леди Уинтер, позвольте представить вам лорда Седжуика. Милорд, несравненная леди Уинтер.

Анджелика присела в глубоком реверансе. Седжуик ответил низким поклоном.

– Рад с вами познакомиться, – сказал виконт. – Прошу простить меня за недавнюю оплошность.

Кристофер на мгновение замер. Какую еще оплошность тот совершил?

– Пожалуйста, простите меня, – продолжил Седжуик, когда Анджелика ничего не сказала в ответ.

Сохраняя спокойствие, Кристофер поднес палец к губам жестом, призывавшим хранить молчание.

– Леди Уинтер хранит инкогнито сегодняшним вечером, милорд. Вы, наверное, понимаете, какое оживление вносит ей появление на официальных приемах…

– Ну конечно же. – Седжуик улыбнулся широкой и самодовольной улыбкой, гордо расправив плечи. – Я приветствую ваше решение отказаться от домино миледи. Столь прекрасные платья, как ваше, не должны скрываться.

– Прошу извинить нас, милорд.

Седжуик поднес руку Анджелики к губам, принимая ее за леди Уинтер, произнес несколько банальностей, которые Кристофер оставил без внимания, а затем уступил им дорогу.

Избавившись от единственной обязанности на сегодняшний вечер, Кристофер вывел Анджелику из бального зала и стремительно направился вниз, в большой холл. Он понятия не имел, верный ли он избрал путь, чтобы найти женщину в черном домино, но этот путь вел в задний сад. Оттуда Анджелика могла выйти, обогнуть дом, а потом ждать его в экипаже у главного подъезда.

– Спасибо, дорогая, – сказал Кристофер и, чмокнув в щеку, проводил Анджелику до калитки. Там он негромко свистнул, подзывая своих людей, расставленных по периметру дома, чтобы те благополучно проводили ее до экипажа. Затем он обернулся…

И как раз вовремя, чтобы увидеть, как спутница Уэлтона появилась из главного подъезда в сопровождении лорда Эддингтона. То, что между ними существовала связь, было очевидно.

Больше секретов. Больше лжи.

Кристофер рискнул и позвал:

– Мария.

Женщина вскинула подбородок и развязала маску, открыв столь желанное лицо. Сент-Джон встретился с ней взглядом.

– Наслаждаешься сегодняшним вечером? – холодно спросила она, Ледяная Вдова от носков туфель до кончиков ногтей.

Очевидно, она видела его с Анджеликой, и это ей пришлось не по вкусу. Отлично.

Он скинул собственную маску, позволяя беспрепятственно созерцать проявление его собственного неудовольствия. Он ждал ее разъяснений.

Вместо этого Мария резко повернулась и ушла.