Мария подняла их сцепленные руки и прижала их к груди, к сердцу.

– Твое сердце не у моих ног, оно здесь, бьется в унисон с моим сердцем.

Кристофер поцеловал ей кончики пальцев, его темно-синие глаза светились любовью.

– Мы сможем справиться, обещаю тебе. Мой управляющий и Филипп способны вести мои дела, когда мы уедем. Филипп – последнее пополнение среди моих помощников. Их у меня несколько, и вместе они смогут эффективно вести дела в мое отсутствие.

– Боже милостивый! – выдохнула леди Уинтер и часто заморгала, глядя на него сверху. – Ты хоть представляешь себе, что будешь делать в обществе беременной жены и ее сестры, которая скоро достигнет брачного возраста?

– Беременная жена… – Голос Сент-Джона прозвучал более хрипло, чем обычно. Он ухватил ее за макушку и пригнул к себе, прижавшись губами к ее губам. – Я хочу Этого, будь я проклят! Хочу прямо сейчас, немедленно. С тобой. Никогда бы не подумал, что мне захочется этого. Но я хочу, и мне нужно, чтобы именно ты дала мне это. Ни одной женщине до тебя не удавалось укротить, приручить меня. А, в общем-то, много ли еще есть на свете знаменитых женщин, подозреваемых в убийствах?

– Я с точностью не знаю, но могу попытаться выяснить…

Он вновь перевернулся, в этот раз оказавшись на ней, и одним рывком вошел в нее. Мария задохнулась от неожиданности, а он откинулся назад и вошел еще глубже.

– Разве я не говорила тебе как-то, – сказала она сквозь прерывистое дыхание, – что агрессивность делает меня лишь более упрямой?

– Сумасшедшая распутная стерва! – проревел пират, сопровождая каждое слово сильным толчком бедер.

Он двигался с точностью человека, который не только знал, как доставить удовольствие женщине, но и очень хотел особенно отличиться перед ней, задался целью во время их сексуальной схватки по-настоящему понравиться партнерше. Понравиться именно ей. Он пристально следил за ней, улавливая каждую деталь ее реакции, отвечая на каждое движение, подстраиваясь под нее.

– Так тебе больше нравится? – пробормотал он, когда Мария всхлипнула от наслаждения. Он в точности повторил движение. – Ты жаждешь меня. Жаждешь этого ощущения, когда мой член входит в тебя и твое восхитительное лоно туго сжимается, принимая его. Вообрази себе, что мы проводим так дни и ночи напролет.

– Ха! Скорее уж я могу довести тебя до полного изнеможения. – Она хотела засмеяться, но вместо этого ее голос задрожал от нескрываемого вожделения.

– Тогда докажи мне, – прошептал Кристофер. – Выходи за меня замуж.

Полностью отдавшись почти нестерпимым ощущениям, Мария корчилась и извивалась под ним, бессвязно шепча ему на ухо что-то жаркое и страстное, впившись когтями в его ягодицы. Он был дик и неукротим, отчаянно жаждал ее, любил ее так, словно ему хотелось слиться с ней в единое целое, раствориться в своей Марии.

– Ты уверен, что тебе захочется переживать это, заводиться так ежедневно всю жизнь? – прошептала леди Уинтер и тут же укусила его за мочку уха.

– Я люблю тебя, – задохнулся Сент-Джон, с такой силой сжав ее в своих объятиях, что ей стало трудно дышать. – Я люблю тебя.

Мария, прижалась к нему всем телом, ее сердце учащенно билось, возвещая о глубине ее чувств.

– Наверное, я все же выйду за тебя замуж, – произнесла она задыхаясь. – Кто еще смог бы довести тебя до безумия?

– Никто больше не отважится. Только ты одна.

– И конечно, никто не мог бы полюбить тебя так сильно, как я.

– Конечно же, нет. – Он уткнулся влажной головой ей в щеку, пропитывая ее насквозь своим запахом. – Я привык задаваться вопросом, почему мой отец должен был быть тем, кем он был, почему мой брат должен был унаследовать нищету, почему жизнь заставила меня вести такой образ жизни.

– Любовь моя… – Мария хорошо знала, что он сейчас чувствовал. Разве она не задавала себе подобные вопросы каждый день?

– Уже тогда, в тот момент, когда я обнимал тебя в театре, я осознал, что ты была для меня причиной, смыслом этой жизни. Каждый поворот судьбы вел меня к тебе. Если бы я не был тем, кто я есть, секретная служба никогда бы не проявила ко мне интереса, а я не встретил бы тебя, единственную близкую, родную душу. И действительно, ты так пугающе похожа на меня, но все равно постоянно продолжаешь поражать и удивлять…

– Также, как и ты – меня. – Она пробежалась пальцами по его позвоночнику и рассмеялась, когда он поежился. – Я бы никогда не подумала, что ты захочешь жениться. Я представить себе не могу такую картину.

– Тогда мы закажем ее, пусть нам ее нарисуют, – горячо произнес Кристофер. – Скажи «да», Мария, дорогая, скажи «да».

– Да.

Он поднял голову и вскинул брови.

– Почему у меня такое ощущение, словно я слишком легко победил?

– Ах вот как? – Мария часто заморгала. – Тогда я отказываюсь и буду продолжать упираться дальше.