После свадьбы Спенсеры увезли Стива в Санта-Барбару, а Сьюзен и Тони были целых три дня совершенно одни.

Оторвавшись от воспоминаний о прошлом, Сьюзен взглянула на сонного Скотта и неугомонную Трейси и с горечью признала, что эти дни медового месяца были последние, которые им удалось провести вдвоем.

Тони ужасно нервничал! Сама церемония венчания получилась очень красивой – то ли из-за прекрасной погоды, то ли потому, что служба была заказана специально для них и все детали были продуманы заранее. Однако Тони был настолько бледен, что Сьюзен не сомневалась: после венчания он сразу же свалится – и уже представляла себе, что весь медовый месяц новобрачному придется глотать пилюли.

У самой Сьюзен было последнее время слишком много забот на работе – одни дела надо было успеть завершить, другие передать коллегам, – так что времени для волнений по поводу события как такового уже не оставалось. Но бедный Тони был мишенью бесконечных и, как правило, грубоватых шуток и розыгрышей его товарищей по команде. Уже позднее ей оставалось только удивляться, как у него достало сил через все это пройти. Она вспомнила, что спросила его об этом, когда они после церемонии наконец остались одни.

– Ты ж меня знаешь, я слишком упрямый, чтобы сдаваться, – сказал Тони, поглаживая ее по щеке.

Они были в своем роскошном номере люкс лучшего отеля Атланты. Сьюзен расположилась на коленях у Тони. Пока они беседовали, Тони легонько поглаживал ее по ноге.

– А мы собираемся обедать? – спросила она.

Рука Тони от колена стала ползти все выше и выше.

– Обедать? – встрепенулся он. – Неужели ты голодна? – В его глазах читалось изумленное огорчение и недоверие.

– Для человеческого тела крайне важно, чтобы оно вовремя получало питание. Исследования показали, что три трапезы в день с правильными интервалами…

– Что за маленькое чудовище! – воскликнул Тони, сжимая ее в объятиях и опрокидывая рядом с собой на диван. – Не можешь ты быть голодна после всего того, что проглотила во время приема.

Сьюзен изобразила удивление:

– Ой, я совсем забыла! А мое тело поймет, что эта пища заменяет обед?

Рука Тони вновь поползла вверх по ее бедру:

– Я серьезно намерен обучить твое тело понимать самые разные вещи.

Она запустила руки в его черные кудри.

– Учи же! А то я сгораю от нетерпения.

Шумные аплодисменты пробудили Сьюзен от воспоминаний. Тони уже закончил речь и теперь возвращался к их столику. А она не слышала ни словечка из того, что он говорил!

– Ты поняла, что это из-за тебя я сбился? – прошептал он, наклонившись к ней, как только ведущий снова заговорил.

– Из-за меня? – Сьюзен удивленно подняла на него глаза.

– А из-за кого же? – улыбнулся Тони. – Я взглянул на ваш столик, и ты улыбнулась мне такой дразнящей улыбкой, ну, понимаешь, такой, как ты улыбаешься в постели, когда…

– Тони! – зашипела Сьюзен и поспешно огляделась вокруг. К счастью, никто не мог расслышать его слов.

– А хочешь, уйдем? Эта твоя улыбка совсем отвлекла мои мысли от бейсбола, да и от всего остального. Поехали домой?

Как только народ, присутствовавший на банкете, задвигался, Тони взял у Сьюзен Скотта и прижал его к груди. Объяснение, что им нужно уходить из-за детей, выглядело вполне естественным. Да, конечно, объяснял он своим друзьям, можно было нанять няню на этот вечер, но ему хотелось, чтобы вся семья присутствовала в такой торжественный день, когда он официально объявил, что уходит из большого спорта.

Прошедший сезон был для него последним. И опять их команда одержала ряд побед. Тони гордился своими спортивными достижениями и полученными за них наградами, но он не скрывал, что только в его семье воплотились в жизнь самые честолюбивые его мечтания.

Когда Сьюзен вышла из ванной, он уже ждал ее в постели. Ей нравился дом в Атланте, совладельцами которого они были, но она чувствовала, что не будет скучать по нему, когда они его продадут. Дом на берегу моря вполне устраивал ее как постоянное место жительства. Она взглянула на Тони, растянувшегося на кровати. Одеяло было отброшено в сторону, и его мускулистое тело раскинулось во всем великолепии.

Сьюзен никогда не уставала любоваться им – этими сильными плечами, широкой грудью, литыми мускулами ног. Но больше всего ее восхищали веселые темные глаза, искрящиеся любовью.

– Ты меня ждешь? – Сьюзен сбросила халатик и устроилась рядом.

– Да. Я как раз думал об одной вещи, о которой мы мечтали, когда были еще детьми.

Когда они были еще детьми… Стив никогда не уставал слушать бесконечные рассказы о том, как его папа и мама встретились, как они вместе росли, и обо всех их детских проказах. Даже у Трейси было несколько любимых рассказов, которые Тони по ее просьбе постоянно повторял ей на сон грядущий.