— Неет!

Наваждение вернулось очень не вовремя. На этот раз ощущение было такое, словно голову крутанули на полный оборот. Внутри черепа щелкнуло, глаза то ли лопнули, то ли закрылись — вокруг стало темно, как в подвале ночью. Во мраке метались какие-то пламенеющие четвероногие силуэты. Один за другим они лопались и с пронзительным визгом рассыпались на искорки.

Последним исчез тот, который был ближе всех, и Хорст ощутил, как что-то склизкое брызнуло в лицо. Зрение вернулось, а с ним и остальные чувства. Но в первое мгновение Хорст решил, что лучше бы это случилось позже — в нос шибануло вонью, по сравнению с которой запах груды сгнивших рыбных голов показался бы приятным ароматом.

Камни вокруг, телеги, одежду и лицо Хорста покрывала желтая пузырящаяся слизь.

— Ничего себе развлечение! — Судя по голосу, произошедшее изрядно позабавило Авти. — Они все лопнули, клянусь мошонкой Хаоса!

— Ты думаешь, она у него есть? — Хорст сглотнул и принялся рукавом вытирать лицо.

— Кто знает, может, и есть, — шут мелко захихикал. — А что это за твари, интересно? Сдается мне, они явились к нам примерно тем же путем, что и те, от которых мы на дереве прятались…

— Я искренне надеялся, что вышел из игры, — Хорст вздохнул, глядя на останки «собаки», зубастым челюстям которой не хватило чуть-чуть, чтобы вцепиться в его горло, — но, похоже, не вышло. Хоть и перестал быть пешкой, но с игрового поля уйти не смог. И похоже, что до того момента, пока не воткну меч в брюхо одного мага в Вестароне, не уйду!

— Ты думаешь, Витальф наслал этих тварей? — спросил Авти, потирая лоб. — А отчего тогда они лопнули?

— Есть и другие игроки.

— А ты неплохо дерешься. — Топоча, как бык, подошел старший из обозных охранников, здоровенный седоусый дядька. — Где мечом учился владеть?

— На юге… — ответил Хорст. — Далеко.

— Ага, да, — старший хмыкнул, огладил усы. — Если ты не прочь, можешь заменить одного из наших. Мы вон пятерых потеряли… А ведь еще ехать и ехать, мало ли что случится.

— Почему нет? — Такое предложение отклонил бы лишь полный идиот. — Только платить будешь, как остальным!

Старший посопел, но деваться ему было некуда.

— Ладно, — буркнул он. — Вон Арнольф лежит, его кольчуга должна тебе прийтись по росту… И лошадь забирай, — последовал сокрушенный вздох, — Арнольфу-то она теперь всяко без надобности…

Когда бывший сапожник снял с трупа кольчугу, та была еще теплой, а с колечек на груди пришлось долго отскребать кровь, хлынувшую из горла, перекушенного в одно мгновение.

Между дорогой и рекой чернело пожарище, которое выглядело так, словно пожар случился не больше трех лет назад. Но Хорст знал, что стоявший тут город назывался Карни. Он был превращен в пепел во время вторжения на Полуостров тварей Хаоса почти четыреста лет назад.

Нынешний Карни отстроили через полстолетия чуть севернее, и на новом месте он так разросся, что уже мало напоминал своего предка, превратившись из приграничной крепости в большой город, столицу независимого княжества.

На него точили зубы многие — Святая область на севере, Вестарон на востоке, с юга, с подступающих почти вплотную к городским стенам гор, то и дело спускались холиасты. Но еще со времен легендарной осады первого Карни местные жители славились упорным и воинственным нравом, и одолеть их пока не удалось никому.

— Прибыли, слава Владыке-Порядку! — Старший в обозе купец, глядя на гостеприимно распахнутые ворота, осенил себя знаком Куба. — И в срок!

Шел последний день Снежного месяца, зимы и Скорбной недели. С вечера весь Полуостров, от Стены до Оргирна, начнет справлять величайший праздник — День Сотворения Мира.

Весна уже неделю давала о себе знать — снег стал рыхлым, ветра потеплели, а небо просвечивало сквозь облака почти летней синевой.

— Ну что, куда отправимся? — поинтересовался Хорст, когда обоз въехал в город и, громыхая, словно деревянная змея, пополз куда-то к центру.

— Погоди, пусть с тобой рассчитаются, — ответил Авти, возлежащий на телеге с видом завоевателя, который въезжает в сдавшийся город. — А там решим.

Когда остановились на большом постоялом дворе, настало время расчета.

— Спасибо, ребятушки, — проговорил старший купец, раздав деньги охранникам, — во имя Владыки-Порядка, вы меня не подвели! В следующий раз мы двинемся в путь через полтора месяца, когда просохнут дороги. Милости прошу. А сейчас — с праздником!

Хорст повернулся, чтобы уйти, когда его похлопали по плечу.

— Ты это… — Седоусый воин смотрел без гнева или злости, но что-то в его взгляде заставляло насторожиться. — Вернул бы лошадку, да и снаряжение тоже…

Хорст порывался возразить, но в глубине души понимал, что старшина охранников прав. Лошадь и все остальное принадлежали вовсе не тому, кто начал путешествие в качестве помощника шута, а погибшему в схватке с «собаками» наемнику.