Дверь открылась, в комнату проскользнула согбенная фигура, замотанная в какие-то тряпки. Илна вздрогнула, как от удара, отступила на шаг, маг ощутил, как у него слезится в глазах…

На самой грани слышимости возник мягкий, но чудовищно мощный рокот.

– Ты кто? – Не докончив вопроса, девушка отскочила в сторону, и фигура в тряпках, прыгнувшая вперед, поймала только воздух.

Драный капюшон свалился с ее головы, обнажив голый, покрытый язвами череп. На месте носа был провал, рот чернел овальной пещерой, в глазах непонятного цвета плясало безумие.

Ядовитое шипение огласило комнату.

– Илна, в сторону! – рявкнул Хорст. Ощутил вибрацию где-то под ложечкой и нанес удар, способный размолотить в пыль скалу.

Заскрипела кровать, один из столбиков с треском подломился. Полетели в стороны щепки, балдахин начал падать, но фигура в тряпках осталась невредимой, лишь глаза ее засветились лиловым.

– Одержимый Хаосом… – пробормотал Хорст, пораженный страшной догадкой.

Незваный гость зашипел еще раз, точно огромный свирепый кот, и рванулся вперед, на этот раз – прямо на мага. Бежать из угла было некуда, и Хорст успел рвануть из ножен меч, но скрюченные пальцы ухватили мага за запястья, а черные, гнилые зубы лязгнули у самого горла.

Смрад ударил в нос с такой силой, что Хорст чуть не потерял сознание.

– Один укус – и ты вершешшшься… вернешшься в мои объятия… – просипел одержимый, но не договорил, дернулся, как от укуса. Глаза его вспыхнули опаляющим огнем, но сразу погасли, а хватка ослабела.

– Сдохни, тварь, во имя Творца-Порядка! – Второй удар Илна нанесла по шее, и голова слетела с плеч, точно тыква, сброшенная с лавки на землю. Зловонная кровь залила Хорсту лицо.

– Уходим! – рявкнул он, отшвыривая корчащееся тело прочь. – Быстрее!

– Все равно сдохнете… – прохрипела лежащая на полу голова и лопнула, выбросив облако сизого дыма.

Маг рванул к двери, едва не споткнувшись о стул, и просто выволок девушку за собой. Едва захлопнул дверь, как внутри взвыло, точно там бесновались все ветры сразу, в стену ударило тяжелым.

– Что там? – Илна медленно отступала, пока не споткнулась о лежащего поперек коридора дружинника, одного из двоих, что охраняли комнату. Второй лежал рядом с дверью, раскинув руки, а вместо лица у него было кровавое месиво.

– Хаос выходит из тела… – ответил Хорст, перекрикивая усиливающийся вой. – Жаль, что под рукой нет парочки служителей!

Вой звучал так, что в ушах появилась боль, потом исчез, а замок тряхнуло, точно подскочившую на ухабе телегу. Стали слышны доносящиеся с разных сторон испуганные крики.

– Попробуем войти? – предложил маг и осторожно, кончиком меча толкнул дверь.

Та покачнулась и с шорохом развалилась на черные хлопья.

Сквозь проем виднелось окно, засыпанный чем-то серым пол, покосившаяся кровать, изодранный в клочья полог, подсвечник на окне с горящими как ни в чем не бывало свечами.

– Во имя Владыки-Порядка, чем я еще и Хаосу не угодил? – пробормотал Хорст, делая шаг внутрь.

Тело исчезло, на потолке чернел круг копоти, точно прямо в комнате жгли костер, кресла превратились в груды щепок, в воздухе витал горький аромат миндаля.

– Я бы на твоем месте озаботилась другим вопросом, – сказала Илна. – Как объяснить только что случившееся обитателям замка…

Маг вздохнул и заскрипел зубами.

Вестаронский храм Порядка строили в те времена, когда в городе хозяйничали не князья, а императоры, и возводимое святилище должно было стать олицетворением мощи Священной Империи, Дочери Владыки-Порядка.

Прошедшие века не смогли повредить громадному строению, оно выглядело так же величественно, как и в тот день, когда в нем отслужили первый молебен во славу императора-строителя.

Даже Хорст на мгновение замедлил шаг, пораженный мощью нависающего над площадью здания. Перед тем, как войти, осенил себя знаком Куба, а переступив порог, кинул в прорезь на крышке здоровенного сундука серебряную вестаронскую монету с изображением более не правящего в городе князя.

Народу на службе было немного – десятка полтора горожан, и на вошедшего в храм человека никто не оглянулся. Звенели колокольчики, горели лампады, освещая уходящие во мрак под потолком фрески, изображающие Порядочных в моменты духовных подвигов…

Маг тихонько отошел в сторону и, расположившись около исцеляющей больных Порядочной Арты, стал ждать.

Прихожане слушали, от жаровен тек сладкий дым, пожилой теарх вел службу без спешки, с душой. Когда закончил, широким размашистым жестом благословил собравшихся.

Прихожане дружно зашагали к выходу. Хорст дождался, пока выйдут все, и двинулся к алтарю.

– Что тебе, сын мой? – спросил теарх, но тут же глаза его удивленно расширились, и он сделал шаг назад.

– Прикажете выгнать меня? – сказал маг, выдавив из себя кривую усмешку. До боли в сердце хотелось вернуться в те времена, когда вера была искренней, а молитвы даровали успокоение.