– Вряд ли его интересуют мои наряды, – засомневалась Полли. – Ну, в таком случае…

– Господи, ну что я такого сказала? И что происходит у вас с дядей Маркусом в последнее время? Знаешь, когда я была маленькой, мне всегда хотелось, чтобы Маркус был моим отцом. Я закрывала глаза и мечтала, чтобы вы с ним поженились.

– Никогда! – мгновенно отреагировала Полли. – Слышишь, никогда я…

– Ммм, то же самое всегда повторяет и дядя Маркус, – забормотала Брайони, а затем добавила: – Но что теперь об этом говорить… Смотри-ка, что я достала для тебя.

С гордым видом она показала пакет, который держала за спиной, и продемонстрировала его содержимое.

– Господи, Брайони! – ахнула Полли, увидев небольшое платье, которое дочь держала перед собой на вытянутых руках. – Ты же не думаешь, что я надену это.

– Думаю, – возразила Брайони.

– Оно мне не подойдет.

– Еще как подойдет; это стрейч, – самодовольно сообщила ей дочь, поглаживая, мягкую черную ткань с изящно разбрызганными черными бусинками.

– Брайони, я никогда не смогу надеть его. – Полли в замешательстве рассматривала прозрачную ткань.

– Расслабься, мам, – засмеялась девушка. – Под него надевается чехол. Снимай быстренько свое ужасающее старье, и я помогу тебе одеться.

Полли Тщетно пыталась отказаться: Брайони продолжала действовать по-своему, напомнив ей, что на ужин приглашены ее бой-френд и его родственники.

– Ты же хочешь произвести хорошее впечатление, – подольстилась она к матери. – Еще будут Сюзи и ее шеф.

– Мне казалось, что ты приглашаешь Сюзи для Маркуса, – пробормотала Полли сквозь зубы.

Посмотрев на часы, она решила спуститься вниз и проконтролировать молодого повара.

Бросив взгляд в зеркало, Полли поняла, что Брайони права: надетое на чехол платье выглядело респектабельно и эффектно.

– Ну, я же говорила, что оно тебе великолепно подойдет, – ворковала Брайони, глядя на отражение матери.

– Пожалуй, да, – сухо согласилась Полли. Неужели она такая стройная? К тому же, черный цвет делал ее более чувственной…

Надевая платье, она слегка растрепала прическу, и теперь волосы мягко обрамляли ее лицо.

– Нет, нет, оставь как есть, – скомандовала Брайони, увидев, что мать взялась за щетку, – это выглядит так…

– Так – неаккуратно, – строго проговорила Полли.

– Ну, нет… совсем нет, – запротестовала Брайони. – Поторопись, мамочка, они уже скоро будут здесь.

Полли понимала, что она права, и, бросив последний неуверенный взгляд в зеркало, пошла за дочерью.

Платье не было коротким, но подчеркивало ее формы. Вырез лодочкой открывал матовые плечи и шею, а длинные узкие рукава красиво облегали тонкие руки.

Шеф-повар Эндрю облегченно вздохнул, когда Полли появилась на кухне, и она забыла о своем платье и прическе. Сняла пробу с блюд, убедилась, что все в порядке, и как раз в этот момент в кухню ворвалась Брайони и сообщила, что гости прибыли.

Маркус стоял около стола с напитками и мило улыбался высокой блондинке – это была обещанная Брайони Сюзи, – но, когда увидел Полли, выражение его лица изменилась.

– Полли. – Он оставил свою даму и подошел к ней.

– Тебе нравится мое платье? – нервничая, спросила она. – Брайони выбрала его для меня. Оно…

– «Нравится» – совсем не то, что я хотел бы сказать, – начал Маркус и замолчал, потому что его догнала Сюзи и фамильярно взяла под руку.

Конечно, она необыкновенно элегантна и очень подходит Маркусу, решила Полли, глядя, как девица откинула длинные белокурые волосы и прижалась к Маркусу, когда он спросил, что она будет пить.

С Крисом Полли была уже знакома, а его крестные родители, приятная пара лет пятидесяти, относились к тому типу людей, которых Полли любила принимать у себя в отеле в качестве гостей.

Немного в стороне ото всех стоял еще один гость, видимо шеф Сюзи, высокий, красивый молодой человек, чисто выбритый и модно причесанный. Такими бывают только американцы. Он встретился взглядом с Полли, и его глаза загорелись живым интересом.

Полли по-хозяйски следила, все ли в порядке, но вдруг обнаружила, что чаще всего ее взгляд останавливается на Маркусе. Маркус был слишком занят Сюзи, чтобы заметить, что другой мужчина проявил к ней интерес. А если и заметил, то что? Разве Полли нужно одобрение Маркуса, чтобы радоваться тому, что привлекательный незнакомец оказывает ей знаки внимания?