Они вернулись в спальню, и Доун начала раздеваться. Деннис почувствовал такое же неистовое желание, как в тот первый раз, когда она отдалась ему в его мичиганском коттедже. Она сняла платье, нижнюю юбку, английскую блузку и корсет, потом стянула через голову сорочку, стыдливо повернувшись к нему спиной. Глянув на него через плечо, она игриво вскинула бровь.

– Не смотри на меня так! Можно подумать, ты никогда в жизни не видел голую женщину.

– С тобой это всегда как в первый раз.

Он подошел и обнял ее сзади, лаская руками грудь. Доун почувствовала, как поднявшаяся плоть уперлась в ее обнаженные ягодицы.

– Прекрати, Деннис, у нас действительно нет времени. Мне надо принять ванну.

– Мы можем совместить одно с другим. Я помоюсь вместе с тобой.

– Нет, ты просто невыносим! – Развернувшись в объятиях мужа и обвив руками его шею, она прижалась к нему гибким мягким телом. – Но таким ты мне и нравишься.

Доун пошла к двери, нарочно покачивая бедрами.

– Ты что, собралась выйти в коридор без халата?

Она хихикнула.

– Я чуть не забыла, где мы находимся! – Она подошла к платяному шкафу, встроенному в стену каюты. – Тереза сказала, что положила сюда кое-что из своих вещей, чтобы я могла их надеть, пока не пришел наш багаж. Такая милая женщина, правда?

– Конечно, и наш шкипер – тоже парень что надо.

– Да, но мне кажется, он чересчур молод и добродушен для капитана такого большого судна. Не представляю, как он командует всеми этими грубыми матросами.

– Внешность бывает обманчива. Что до меня, то я не хотел бы, служа под началом капитана Грешама, навлечь на себя его гнев.

Тереза Грешам заботливо снабдила Доун полной сменой одежды. Она положила ей в шкаф туфли, чулки, халатик, шлепанцы и даже строгое коричневое платье. Там нашлись вещи и для Денниса: тщательно отглаженные матросские брюки, рабочая рубашка, носки, халат и тапочки.

Пока Деннис раздевался, Доун готовила ванну. Когда он вошел, она сидела на маленькой тумбочке.

– Надо подождать, пока керосиновый нагреватель нагреет воду.

Деннис за руки поднял жену с тумбочки и стянул с ее плеч халат. Халат упал на пол, вскоре туда же последовал и его собственный. Когда они уже были готовы соединиться, из висевшего над ванной нагревательного бака повалил пар.

Вся трепеща от желания, Доун набрала ванну до половины и залезла в воду. Это была большая чугунная ванна, в которой вполне могли поместиться сразу три человека, и Деннис, пораженный ее размерами, беспечно проронил:

– Если бы Сильвер Джек был уже на борту, мы могли бы и его пригласить. Места много!

Лицо Доун вспыхнуло ярким румянцем.

– Какие пошлости ты говоришь, Деннис!

Такой реакции он не ожидал.

– Да что с тобой, дорогая? Где знаменитое чувство юмора семьи Робертс? Неужто ты восприняла мои слова всерьез?

Наконец справившись с собой, Доун вымученно улыбнулась.

– Конечно, нет. И потом, я уверена, что Сильвер Джек был бы куда больше меня шокирован твоим предложением. Несмотря на громкую славу разбитного малого, в душе он настоящий пуританин.

– Да, я знаю. Как и все мужчины его круга. Со шлюхами они вытворяют все, что им нравится, но совсем по-другому относятся к своим возлюбленным, женам, сестрам и матерям. Они возносят их на пьедестал и боготворят издали.

Эти небрежно брошенные слова потрясли Доун даже больше, чем шутливое предложение Денниса пригласить Сильвера Джека помыться вместе с ними в ванной. Почти те же самые слова процитировал ей сам Джек, когда она была у него в бунгало: «Я боготворю тебя издали».

Деннис нахмурился.

– Что с тобой, дорогая? У тебя какой-то странный вид.

– Да так, ничего особенного. Просто мне пришла в голову ужасная мысль. Что, если Сильвер Джек и Пиг валяются сейчас пьяные где-нибудь в портовой пивной и опоздают к отплытию?

Лицо Денниса потемнело.

– О Господи, даже не думай об этом! Если наш полевой начальник не приедет в Индию, это будет катастрофа.

Она положила руку ему на плечо и заглянула в глаза.

– Ты будешь очень расстроен, если мы сейчас просто помоемся? А упущенное наверстаем ночью.

– Совершенно с тобой согласен. Мне вдруг стало как-то тревожно. Я успокоюсь, только когда все наши люди будут на борту и мы выйдем из гавани Сан-Франциско.

– Я тоже.

Доун кривила душой. На самом деле сомнительная шутка Денниса и то, что он случайно повторил слова, которыми Сильвер Джек пытался выразить свои чувства к ней, сильно разбередили ее душу. Она боялась, что, занявшись сейчас любовью с мужем, опять попадет во власть своих фантазий. Так уже было однажды: лежа с закрытыми глазами, она с бесстыдным вожделением представляла, что с ней вовсе не Деннис, а Сильвер Джек Макхью.