Доктор покачал головой:

– Слишком рискованно. Мы должны быть уверены, что его мозг функционирует нормально, а наркотики затуманят его. – Он вышел и притворил за собой дверь.

– Я забираю тебя отсюда, – решительно произнесла Дасти. – Мы можем остановиться у Уэйна, и я буду будить тебя каждые полчаса.

– Тебе необходимо отдохнуть, – возразил Мигель.

– Положись на меня, говорил ты! – парировала она. – Так вот, теперь ты положись на меня. Я тебе говорила, что я не тепличный цветок, нуждающийся в утешении и защите. Я поставлю будильник и как-нибудь переживу одну суматошную ночь. Как иначе я научусь полагаться на тебя, если ты не желаешь полагаться на меня? Он широко раскрыл глаза и присвистнул.

– Уж не означает ли это, мой прекрасный подорожник, что ты выйдешь за меня замуж и нарожаешь мне детей?

Дасти опустилась на стул рядом с кроватью и долго смотрела на переплетенные пальцы их рук.

– Мы будем учить наших детей путешествовать на джипе и с рюкзаками за спиной, когда они подрастут?

– Ну… – заколебался он, и она взглянула ему прямо в глаза. – Ты не считаешь, что сначала должна обучить их отца? – Проблеск его обычной дразнящей улыбки стер боль с его лица – Начиная, скажем, с долгого медового месяца с рюкзаками за плечами в этом прекрасном краю, но только без мазуриков и «пушек»?

Дасти забыла, что находится в больнице и что у Мигеля раскалывается голова.

– Да! – крикнула она и упала в его ждущие объятия.