У Санчи не было желания оставаться с ним наедине.

– Зачем? – спросила она.

– Затем, что я прошу тебя.

– Где Алиса? – Она оглянулась, ища глазами служанку.

– Я продал ее пастуху, – ответил Хью насмешливо.

Санча нахмурилась. Возмущенно взглянула на его красивое улыбающееся лицо и, отвернувшись, принялась гладить лошадь.

Хью прошел немного вперед.

– Алиса болтает с Мартином, – сообщил он жене. – Пробует на нем свои чары. Она знает толк в мужчинах.

Хью нашел подходящее место в тени большой рябины. Под густой кроной росла высокая трава. Хью потоптался, приминая ее.

– Иди садись, пока трава не успела подняться, – позвал он Санчу, положил на землю мех и снял пояс с висящим на нем мечом, чтобы чувствовать себя свободней.

Санча с неохотой оставила лошадь.

– Алиса умней, чем ты думаешь, – сказала она, садясь и расправляя юбки. – Ты, наверное, считаешь, что женщина только и думает что о мужчинах?

– Хорошее начало. – Хью улыбнулся, усаживаясь на землю рядом с ней. Подняв мех, он предложил ей пить первой.

– Слишком плохо ты знаешь женщин. – Санча нахмурилась. Она было хотела отказаться от вина, но день был жаркий, и ее мучила жажда.

– Ты должна мне рассказать… – Он откинулся назад, прислонившись спиной к стволу рябины, и пристально глядел на нее.

Она пила, ловя ртом тоненькую струйку вина из меха.

– Рассказать тебе? – переспросила Санча, оторвавшись наконец от вина и вытирая губы. – Рассказать что?

– Какие мужчины тебе нравятся – высокие, маленькие? А может, с холодным сердцем?

Краска залила щеки Санчи.

– Мне не нужны мужчины. Если бы меня спросили, чего я желаю больше всего, я бы ответила: той жизни, какая была у меня прежде.

– При дворе короля Ричарда? Как будто ничего не изменилось? Но ты знаешь, что время нельзя повернуть вспять. Все течет, все меняется. И ты, и я. Вот мы сидим с тобой, а мгновения уходят безвозвратно. Что было бы с тобой, когда в один прекрасный день твоя маленькая королева, повзрослев, разделила бы ложе с Ричардом?

– Этого никогда бы не произошло, – сказала Санча с раздражением. – Ричард любил Мадам чистой любовью, без всяких грязных мыслей.

– Тем хуже было бы для тебя, мой невинный агнец. Известно ли тебе, что есть на свете мужчины, которые предпочитают ласки других мужчин? Представь себе только на миг, что тебя отдали бы одному из фаворитов Ричарда. Что бы это был за мужчина?

Ее черные глаза возмущенно сверкнули.

– Нет! Мы были вольны выбирать. Меня никогда бы не заставили выйти замуж против желания! Мадам обещала мне это!

– Ну конечно… и отдала тебя мне. Вот чего стоят ее обещания.

– У нее не было выбора! – горячо заступилась за свою королеву Санча. – И все из-за этого узурпатора, этого преступника Генри Болинброка! Он заставил ее сделать это! – Она взглянула на него и увидела, что улыбка постепенно сползает с его лица.

– Никогда больше не говори так.

– Почему? Ведь это правда!

– Все равно, больше так не говори.

Все еще возмущенная его словами о Ричарде, она воскликнула:

– Ричард не был таким, как ты говоришь!

– Может, и не был, не знаю… Я повторяю лишь то, о чем все говорят. – Хью оглянулся: – А вот и Алиса.

Присутствие Алисы успокоило Санчу, но не вернуло хорошего настроения. Она отказалась от сыра и только отщипнула немного хлеба. Неприятный разговор с мужем отбил у нее всякий аппетит.

На закате они уже были гостями пожилого кастеляна замка Балби. К большому удовольствию Санчи, его жена оказалась француженкой, дочерью небогатого дворянина из Бургундии. Это очень обрадовало Санчу: она могла поговорить на родном языке, хотя потом еще больше затосковала по родине.

Совсем еще юная хозяйка замка, выданная за человека на тридцать лет старше ее, открыто завидовала Санче.

– Боже мой! – восклицала она. – Ваш супруг так красив и молод. Чего бы я только не отдала за такого возлюбленного!

Санча лишь улыбалась, но думала по-другому. Она считала Хью Кенби наихудшим типом предателя. Несмотря на всю его доброту к ней, он предал Ричарда и ее любимую маленькую королеву.

Она не могла простить его, и, по мере того как продолжалось их путешествие, Санча, вместо того чтобы – как можно было бы ожидать – увлечься своим красивым заботливым мужем, все больше внимания уделяла любимице, прелестной лошади золотистой масти. Она утаивала сладости со стола хозяев, гостями которых они становились, и угощала ее, желая побаловать любимицу. И лошадка, словно чувствуя, как нужна своей хозяйке, была послушной, как ягненок. У нее не было недостатков, кроме одного.