– Не так давно, брат Ги, – на лице де Лапалисса появилась довольная улыбка. – А ты все торчишь тут, в глухомани, ежедневно отбиваясь от сарацин?

– Ну, не ежедневно, – ответил могучий рыцарь, отдавая копье подъехавшему оруженосцу и снимая шлем. Обнажилось покрытое каплями пота лицо, обрамленное черными волнистыми волосами. – Раз в неделю, клянусь Святым Мартином, но не чаще! И я скажу, если бы не неверные, то мы бы тут подохли от скуки, не попусти такого Господь!

И могучий рыцарь захохотал, гулко, точно ухала в бочке большая сова.

Брат Ги отсмеялся, и лицо его сделалось серьезным.

– А ты как попал в наши края? – спросил он.

– Я рад тебя видеть, клянусь Святым Отремуаном! – проговорил брат Анри. – И рад буду сегодня за кувшином вина вспомнить о прежних временах, когда мы вместе сражались под знаменем Ордена! Но ради Господа, не спрашивай меня ни о чем!

– Все понимаю, – вздохнул брат Ги, – приказ магистра. Ладно, поехали к нам в замок, и клянусь Святым Мартином, мы сегодня вопреки уставу погуляем так, что чертям в аду икнется!

5 сентября 1207 г.

Левант, Иерусалим

К Святому Граду они подъехали уже в темноте. Солнце зашло, жара ослабела, и топот копыт вольно разносился по опустевшей из-за позднего времени дороге. Ветер носил запах нагревшихся за день камней.

В ответ на стук в ворота, которые были заперты, над стеной появилась голова стража. Сонный голос вопросил:

– Кого там несет в такую тьму? Приезжайте утром, когда ворота откроем…

– Дело Ордена Храма, – сурово сказал брат Анри. – Во имя Господа, воин, не заставляй нас ждать!

После того, как стражи удостоверились, что у ворот действительно тамплиеры, створки заскрипели, впуская всадников в город. Вскоре они уже были в Цитадели Ордена. Не успели расседлать лошадей, как из мрака появился оруженосец.

– Брат Анри, – проговорил он негромко, – магистр желает видеть вас немедленно, во имя Господа.

– Как будет ему угодно, – и де Лапалисс спешно направился за посланцем Жака де Майи.

Тот вел рыцаря к келье главы Ордена.

В крошечном помещении, столь непохожем на то, что представляют себе простые люди, думая об обиталище предводителя тамплиеров, не изменилось ничего. То же полосатое покрывало на кровати, та же свеча на столе, Сын Божий в углу скорбно смотрит со своего креста.

Анри поспешно перекрестился.

Изменился обитатель кельи. Лицо Жака де Майи, ранее казавшееся жестким, точно вырубленным из мрамора, оставшегося от древних времен, за последние недели словно оплыло, морщины стали глубже, а в волосах седина почти полностью затмила золото.

В голубых глазах плескалось беспокойство.

– Брат Анри! – проговорил магистр, и в глухом голосе его звучала радость. – Господь услышал мои молитвы и помог тебе добраться до Иерусалима!

– Милостью Матери Божией, заступницы Ордена нашего, брат Жак! – очень серьезно ответил де Лапалисс.

– Рассказывай, во имя Господа! – и де Майи повелительным жестом указал на лавку около стола.

Рассказ брата Анри оказался недолог. Он поведал о пути через Горную Аравию, о беседах с отцом Мартином, настоятелем странной обители на горе Синай. Когда же сообщил о том, что сказал аскет, то магистр не смог сдержать удивления.

– Робер де Сент-Сов? – спросил он, качая головой. – Этот молодой нормандец? Невероятно, клянусь Святой Троицей!

– Может быть, святые отцы ошиблись? – осторожно предположил брат Анри.

– Нет, – резко ответил де Майи, лицо его было мрачным. – Обитель Святого Иринея – место необычное, и монахом в ней может стать далеко не каждый. Тот же из отшельников, кто удостоился занимать одиночную келью в глубине пещер, воистину зрит духовным оком помыслы Господа нашего!

И глава Ордена поспешно перекрестился.

Де Лапалисс последовал его примеру.

Стало тихо. Некоторое время магистр над чем-то напряженно размышлял, катая желваки на скулах, и лишь затем заговорил.

– День на отдых, а послезавтра вместе с молодым Робером и еще четырьмя рыцарями и соответствующей свитой отправитесь на север, в Тортозу. Там сядете на корабль Ордена, который отвезет вас в Европу. Я дам тебе письмо к брату Ричарду, чтобы он отдал вам Чашу. Она должна быть в Святой Земле не позже следующей Пасхи. Вы должны отплыть обратно с первым же кораблем! Ты понял меня, брат, во имя Господа?

– Да, сир, – ответил брат Анри. – Но почему нельзя отправиться в Европу через Акру?