– Руки вверх! – приказал Игнатов, не опуская пистолет. В пылу борьбы никто не услышал, как майор спустился по лестнице и оказался в коридоре. Помедлил бы он или понадеялся на русское авось, как знать, что бы могло случиться. – У вас все в порядке? – спросил он ребят.

Круглов подтвердил. Он прошел к скорчившемуся Лесовозу, схватил за шиворот и без усилий усадил на пол. Беглый обыск дал результат: запасная обойма к пистолету и паспорт.

– Лицом к стене! – рявкнул на Жмыха Игнатов. Бандит торопливо повернулся. – Шире ноги! – грозно приказал майор, и Жмых снова подчинился силе. Против нее не попрешь.

Левой рукой Игнатов ощупал Коляна, вытащил кастет. Провел рукой по бокам, похлопал по задним карманам брюк.

– Кругом! – приказал майор, и, словно вспомнив армию, Жмых тотчас повернулся. Почти по уставу.

Теперь Игнатов снова стоял лицом к лицу с бандитом. Холодные бездушные глаза смотрели на него с презрительным превосходством.

Подъездная дверь открылась, залив тусклое пространство уличным светом. Парень с дергаными движениями оторопело уставился на подбитого Лесовоза и Игнатова. В расширенных глазах замутился если не страх и удивление, то что-то еще! Настороженный взгляд черкнул по лестнице, прошелся по оперативникам и остановился на Жмыхе.

Визуальный контакт длился меньше секунды. Но этого было достаточно.

– Назад, ФСБ! – повелительным тоном сказал майор, и парень в нерешительности замер. Пожалуй, только сейчас Игнатов пожалел, что не привлек к операции силы милиции. Оцепили бы дом, «как люди», блокировали подъезд, прочесали подвал, и все было бы о'кей!

А медлительность случайного прохожего майору не пришлась по душе. Игнатов списал ее на экстремальные обстоятельства, в которые тот попал. И все же…

– Мне домой надо! – подал голос Васек.

– Проходите быстро! – разрешил Игнатов.

Парень двинулся по лестнице. Как-то не слишком торопливо и без суеты, присущей обычно человеку, случайно нарвавшемуся на подобную ситуацию.

И… снова что-то майора кольнуло – может, нестандартное, с точки зрения опера, поведение «прохожего»? А чего он так на бандита взглянул?

– Задержитесь, пожалуйста. Покажите документы, – миролюбиво, но требовательно попросил контрразведчик.

– Какие? – вдруг без прежней робости отозвался прохожий и взглянул на Жмыха.

Новая секунда, и… новый контакт.

Что он может означать?

Перед глазами что-то мелькнуло. Внезапный удар обрушился на Игнатова. Вместо документов в руке «прохожего» оказался стальной прут – любимое оружие подонков с задворок всего мира. Увесистая железяка попала по пистолету и выбила его из руки майора. Со второго захода металлическая арматура полетела в голову…

Игнатов с трудом успел уклониться, почувствовав легкое касание волос. Подскочивший Маслов ухватил парня за локоть, не давая возможности ударить…

– Руки! – сказал Круглов, намереваясь застегнуть наручники.

В тот же миг Жмых сорвался. Врезавшись в старлея, он с силой столкнул его с дороги и выскочил на улицу. У Коляна было всего несколько секунд до того, как оперативники последуют за ним. Братан почувствовал, что тело стало легким, сильным и ловким. Он должен успеть и поэтому бежал, не унимая частое дыхание…

Заметив выбежавшего мужчину, прапорщик Ивашов завел машину и, рванув с места, преградил ему дорогу. Жмых резко тормознул, уперевшись руками в переднее крыло, но тут же сдал назад, заскочил на тротуар и пустился вдоль двора…

– Боря – за ним! – крикнул Игнатов, вдвоем с Масловым утихомиривая «прохожего». Круглов метнулся к выходу, но увидел направленное на себя оружие.

– Куда ты, мусор, торопишься?! – раздался утробный голос.

Умиравший минуту назад Лесовоз проявил прыть и незаметно поднял оброненный пистолет…

Мгновенным движением старлей отвел от себя вооруженную руку. Раздался выстрел, но пуля ударилась в потолок. Обычным приемом контрразведчик обезоружил бандита и от злости нанес ему короткий обездвиживающий удар. Лесовоз завалился на спину. Круглов отшвырнул оружие ногой и бросился в запоздалую погоню.

Грузно хлопнула подъездная дверь. Старлей увидел спину убегающего человека. Первая мысль – остановиться, прицелиться быстро и шарахнуть из табельного «макарова». Но напротив – окна жилого дома, а правее бурлит многолюдная улица. Шальная, безмозглая пуля может стоить кому-то жизни.

Стрелять нельзя, хоть лопни. Не видя другого выхода, Круглов припустил за преступником.

Как заведенный работая педалями, в смысле сцеплением, газом и тормозом, прапорщик Ивашов торопливо развернулся на пятачке. Пыхнув туманным дымом, рявкнув мотором и заскрипев резиной, машина, словно живая, двинулась на перехват беглеца. Пятнадцать метров отдельский «жигуль» рвал движок на первой скорости, вылетая «вразнос». И только на выходе из двора он приблизился к Жмыху. Нагнав его, Ивашов качал прижимать его к стене, подставляясь бортом.