– И вот теперь ты с нами.

– Мама, дедушка добрый, вот только не хотел отпускать меня домой.

– Да, малыш. Но, понимаешь, Майкл, когда любишь, нужно понимать этого человека и думать о том, что делает его счастливым. А твоего дедушку не научили этому.

Клер смотрела в карие глаза Майкла, пока он пытался осмыслить ее слова. Мальчик кивнул, и Клер нежно обхватила ладонями его лицо.

– Но главное – это то, что мы снова вместе.

– Да, мама.

Весь день они провели у постели Форчена, поочередно меняя компрессы. Видя, как прекрасно справляется Бадру, Клер отослала Майкла приготовить пижаму и одежду для следующего дня. Вечером зашел доктор Рот; он был очень вежлив, но сказал, что состояние Форчена остается без изменений.

Перед сном Майкл тихонько вошел в их комнату и, подойдя к постели отца, взял его за руку. Глядя на малыша, Клер с трудом сдерживала слезы. Он встал на низкий стульчик и, склонившись над Форченом, поцеловал его в щеку. Взглянув на Бадру, она заметила, как тот украдкой вытирает слезы.

– Я люблю тебя, папа. Поправляйся, пожалуйста, – сказал Майкл, коснувшись его щеки.

Слезая со стульчика, он улыбнулся Клер, и она улыбнулась ему в ответ. Слезы выступили на ее глазах, когда мальчик подошел к ней и, поцеловав, пожелал спокойной ночи.

– Бадру, ты тоже можешь идти, – обратилась она к слуге после того, как Майкл ушел в свою комнату. – Теперь я справлюсь сама.

– Мэм, я останусь. Ночью надо помочь перевернуть его…

Прикладывая к телу Форчена влажные полотенца, Клер увидела, что от компрессов промокла вся кровать. Она села рядом с ним и, взяв его руку, положила голову на подушку.

Через несколько минут Клер проснулась и сняла компресс с его лба; ткань была настолько горячей, что обжигала пальцы.

– Мэм, если хотите спать, я могу сменить вас.

– Спасибо, Бадру, но я справлюсь сама…

Через несколько часов наступил рассвет, и слуга потушил лампу.

– Если я вам пока не нужен, миссис О'Брайен, то разрешите мне ненадолго уйти. А потом я могу присмотреть за Майклом.

– Конечно, иди. Спасибо, что оставался со мной всю ночь.

– Хорошо, мэм.

Бадру вышел и бесшумно закрыл за собой дверь.

Клер посмотрела на Форчена и убрала со лба слипшиеся пряди волос. Она поменяла компрессы и, взяв его руку в свои, снова села рядом с ним. Чувствуя, что сон одолевает ее, она положила голову на спинку кровати и заснула.

Проснувшись через несколько минут, Клер подняла голову и увидела, что глаза Форчена открыты.

– Где Майкл? – прошептал он.

– Он в соседней комнате… О Форчен, ты должен поправиться…

Клер провела рукой по его влажному лбу и отошла от кровати, чтобы намочить в ледяной воде полотенце. Вернувшись к больному, она вытерла его лицо и поняла, что он больше не горит – жар отступил.

– Я хочу…

Клер слегка толкнула его в грудь в том месте, где не было повязок, и наклонилась над ним.

– Форчен О'Брайен, я позволила тебе приехать в Саванну и почти убить себя, пытаясь вернуть Майкла. Но теперь, чтобы поправиться, ты будешь делать то, что я скажу. Не двигайся! Я помогу тебе во всем, но ты не должен двигаться.

Форчен закрыл глаза, словно был не в состоянии продолжать спор, и через несколько секунд Клер поняла, что он уснул. Совершенно измученная, она села рядом и положила руку ему на грудь. Жар отступил. Значит, теперь у них есть надежда!

Когда он проснулся, Бадру как раз выводил Майкла из комнаты, и О'Брайен увидел их.

– Майкл!

Мальчик подбежал к нему.

– Как ты себя чувствуешь, папа?

Форчен обнял сына здоровой рукой и, закрыв глаза, прижал его к себе. Клер знала, что он взволнован и не может ответить мальчику.

– Ты меня слышишь, папа?

– Да, Майкл.

– Хорошо… Мама и Бадру говорили, что ты обязательно поправишься.

– Майкл, иди с Бадру. Дай папе поспать, пожалуйста, – нежно произнесла Клер, уводя его от кровати. Малыш улыбнулся Форчену и побежал к слуге.

Она посмотрела на мужа и, не в силах сдержать слезы радости, заплакала.

– О Форчен…

Она подошла к кровати и, стараясь не причинить ему боли, крепко обняла Форчена, положив одну руку на голову, а другую на – живот.

– Форчен, ты должен поправиться ради нас всех.

Он погладил ее волосы.

– Конечно, Клер. Ты бы пристрелила меня, если бы этого не произошло.

Клер заплакала, давая волю своим чувствам.

Через несколько минут она успокоилась и вытерла глаза. Форчен снова заснул. Она ладонью коснулась его лба: температуры не было.

Клер вытерла его лицо и вновь положила компресс на лоб. Затем села в кресло и стала ждать.