Подруги остались в клубе далеко за полночь. Но наконец усталость взяла свое, и девушки начали позевывать. И снова Карлос доставил Маришу до дома, нежно поцеловал и проводил до самых дверей дома. Но подняться наверх он тем не менее отказался.

— К себе не зовет и ко мне не идет, — недоумевала Мариша, в одиночестве поднимаясь на лифте к своей квартире.

Катьку вызвался проводить ее новый приятель. И они где-то застряли. Наверное, страстно целуются в машине. И Мариша ощутила, как в ней начинает закипать злость на Карлоса.

— Ничего не понимаю, — размышляла она. — Отказывается везти к себе домой — это я могу понять. У него там женщина, и он не хочет скандала. Но тогда он охотно поднялся бы ко мне. А он не идет. И что это значит?

Дверь ей открыла заспанная Инна.

— Ты чего так поздно? — спросила она. — А где Катька?

Катьке повезло отхватить настоящего мужика, а не манекена бесчувственного! — сердито буркнула Мариша.

— Ты чего? — удивилась Инна. — Ты это про красавца Карлоса говоришь?

Мариша только зубами скрипнула. И вместо ответа поинтересовалась:

— Как там твое свидание?

— Прекрасно, — кисло ответила Инна. — Я поняла, что никакой мужчина, даже самый привлекательный, не сможет заменить мне моего мужа.

Мариша вздохнула. Чтобы понять эту несложную истину, не надо было ходить на свидание.

— Я тебя о другом спрашиваю, — сказала она. — Ты спросила у своего Лешика о Глебе Георгиевиче?

— Да, — кивнула Инна и снова зевнула. — Он этого человека никогда в жизни не видел. Ни на вечеринках «садо-мазо», ни где-либо еще.

— Так, — задумалась Мариша. — Интересно. Выходит, что Глеб Георгиевич по всем параметрам выбивается из первой тройки покойничков.

— Ой! — содрогнулась Инна. — Не говори так! А почему он оттуда выбивается?

— Он не посещал этих вечеринок по пятницам, — принялась перечислять Мариша, — не был поклонником мазохизма, и даже ребенок его любовницы — вовсе не факт, что это его ребенок. Единственное, что ставит его в один ряд с убитыми, — это то, что он был клиентом моей брачной конторы.

— Понятно, — кивнула Инна. — Ну а те трое? Поняла ты, что их связывало?

— Нет, — призналась Мариша. — Беседы с их любовницами ничего не дали.

— Жаль, — поникла Инна.

— Но у нас есть надежда, что любовница Сержа окажется более ценной свидетельницей, — приободрила ее Мариша. — Остается ее выловить.

— На похоронах Сержа не было никакого посторонних. — Никаких неожиданностей типа прорезавшихся любовниц с законными отпрысками, никаких скандалов из-за наследства, даже драки и то не было. Пришли люди, всех мы уже знаем, хотя бы заочно. Помянули человека и разошлись, — подытожила Инна.

— М-м-м, — промычала Мариша. — Ты уже это говорила. И тем не менее какая-то женщина у Сержа была. Помнишь это письмо, которое нам передал его сосед? Она там написала о ребенке. Нам надо найти эту женщину. Я чувствую, что у нее был самый весомый повод ненавидеть Сержа.

И Мариша снова ненадолго задумалась.

— Найти эту женщину проще простого. Как же я сразу об этом не подумала? Инна, нам надо завтра же наведаться на могилу Сержа. Прямо с утра! — воскликнула она.

Инну это предложение в восторг не привело. Но еще меньше она обрадовалась, когда утром узнала, что за ночь еще надумала ее подруга.

— Я на кладбище в ожидании этой бабы в зеленой шляпке дежурить не буду, — решительно заявила Инна. — Надо же такое придумать! Сидеть целыми днями на свежей могиле в надежде, что туда припрется бывшая любовница трупа!

— Предложи что-нибудь получше, — сказала Мариша.

Увы, никакого другого плана Инне предложить не удалось. И поэтому, пыхтя от неудовольствия, она все же согласилась отправиться на кладбище.

— Ночью дежурить не будем, — утешила ее Мариша. — Ночью кладбище не работает, и вряд ли та женщина, которую мы ждем, появится там. Ты подежуришь сегодня утром, потом я тебя сменю, а вечером на дежурство заступит Катя. Предположим, кладбище открыто с девяти и до девяти. Всего получается двенадцать часов. Поделим на нас троих и получаем четыре часа. Таким образом, каждая из нас отдежурит от силы по четыре часа. Я думаю, что четыре часа в день — это небольшая цена, чтобы понять, кто же мог убить троих моих клиентов.

Инна была слишком расстроена перспективой провести на кладбище четыре часа, чтобы заметить оговорку Мариши. И, только устроившись на скамеечке возле соседней могилки, Инна задумалась. Почему Мариша сказала троих клиентов? Ведь убитых было четверо. Выходит, четвертого она не считает? Или считает, но как-то иначе.

Этих раздумий Инне хватило на все четыре часа ее дежурства. За это время она с удивлением обнаружила, что кладбище в дневные часы отнюдь не безлюдное место. Мимо Инны проходили самые разные люди. Мужчины и женщины, богатые и бедные, спокойные и рыдающие. Это привело Инну в какой-то торжественно-благостный настрой. И когда ей на смену явилась выспавшаяся Катька, которая вернулась вчера домой поздней всех — уже под утро, Инне даже не захотелось уходить.